Автор
Ночь погружает город во тьму, когда двери кинотеатра начинают медленно открываться, будто устают от своей роли в постоянной битве света и тени. Исторический пистолет "ТТ" не просто оружие, а связующее звено между темными улицами и тайным миром за их дверями. Внутри, каждая деталь приглашает на откровение страшилок и загадок, где реальность сливается со сказкой....
Худой темноволосый «упрод» подошел сначала ко мне, сдернул с плеча карабин, расстегнул ремень с кобурой, снял ее, затем, отступив назад, скомандовал:
– Расстегнись.
– Как скажешь.
Я расстегнулся неторопливо, распахнул тулуп. Меня быстро охлопали в поисках оружия, но ничего не нашли. И у Насти не нашли. В руках у Милославского появился пистолет – «вальтер П-38». Никогда не видел его с оружием, даже с кобурой не видел, а вот на тебе.
– Анастасия Владимировна, вам придется подождать немного, – сказал он, указав пистолетом на сруб.
Я выдержал паузу. Я сделал такое лицо, словно осознал, что все пропало. Мне даже захотелось сказать: «Да не выпендривайся, делай все как задумал, я твой план уже просчитал давным-давно! Я знаю, что откроет проход только моя смерть.
Но, естественно, я ничего из этого не сказал.
Именно это Серых сказал Валиеву перед уходом, но он неправильно определил место, попытавшись уйти «из-под Тьмы».
Именно они пробили этот слой, убив здесь рядом, в подвале, женщину.
Именно сюда провалился я, когда воронки временны́х вихрей встретились где-то в бесконечной Тьме между слоями действительности.
И именно отсюда можно уйти.
– Пойдемте, – сказал Милославский, указав стволом пистолета на мой сарай. – Пойдемте, не будем тянуть время. Лопату вот возьмите. – Он кивнул на фанерную лопату для снега.
Никаких следов там не появилось. Никто туда не ходил. Надеюсь. Я, высоко задирая ноги, пошел через сугроб, а Милославский двигался по моим следам. Затем я откидывал снег от ворот сарая – они должны были закрыться плотно.
– Владимир Васильевич, побыстрее, пожалуйста, – сказал Милославский мне. – А то попрошу прострелить вашей девушке ногу. Побыстрее.
Ах ты, чмо. Ну да ладно. Сочтемся.
Когда я закончил, он молча показал вальтером на ворота.
Я нагнулся, забираясь в сарай, шагнул вперед. Сильно нагнулся, так, чтобы неудобно было выстрелить мне в затылок. По-другому Милославский не сможет – просто побоится: он захочет закончить все без борьбы и возни, по-интеллигентному.
