Автор
Ночь погружает город во тьму, когда двери кинотеатра начинают медленно открываться, будто устают от своей роли в постоянной битве света и тени. Исторический пистолет "ТТ" не просто оружие, а связующее звено между темными улицами и тайным миром за их дверями. Внутри, каждая деталь приглашает на откровение страшилок и загадок, где реальность сливается со сказкой....
Про водку с Пашкиным я решил все же не распространяться.
– А поживешь с тобой – в курсе всего будешь, – отрезала она. – Ты как с утра вставать будешь?
– Да ладно! – возмутился я даже. – Выпил-то всего ничего, никакого похмелья не запланировано.
– Ну-ну. А храпеть будешь – пойдешь спать в душ.
– А ты раньше меня усни – и ничего слышать не будешь.
– Только и остается, – вздохнула она. – Ладно, что узнал, говори.
Узнал я немного за сегодня, так что рассказ много времени не занял. Настя выслушала молча, потом сказала:
– Я бы на твоем месте с Федькой вдвоем этим занималась.
– Пока стрелять как следует не научишься – не возьму, – ответил я не то чтобы честно, а скорее с подковыркой. Стреляла Настя куда хуже, чем самолет водила, и при этом тренироваться не желала, несмотря на все мои уверения в том, что это ей никак бы не помешало. Хотя бы исходя из вероятности того, что какая-нибудь тварь из темноты кинется.
"– Вот пристал… некогда мне.
– Давай так, – приподнялся я на локте. – Меняю тренировку в стрельбе на занятия с самолетом. Ты постреляла – я полетал.
– Нет, так нельзя! – аж подскочила она. – Мне помощник нужен, на которого рассчитывать можно.
– А мне… напарник, да. На которого рассчитывать можно. Хотя бы в том, что этот напарник с перепугу мне в задницу не стрельнет, – парировал я.
Она засопела, как всегда делает, когда злится, но что сказать не знает. Потом буркнула:
– Ладно, вернешься – поговорим.
– Угу, – кивнул я. – Да, вот еще что… ты мне любезность не окажешь?
– Что? – повернулась она ко мне с недоумением.
* * *Дождь закончился, и судя по заметно прояснившемуся небу – окончательно. Не то чтобы ясно стало, но тучи поднялись намного выше, а вместо воды с неба сыпалась белая сухая крупа, скапливающаяся в замерзших за ночь ямках в грязи белыми узорами.
Выехали мы привычно затемно, что и немудрено, и первые признаки рассвета застали нас уже за Кликушином, на полпути к Порфирьевску, на пустынной дороге, ведущей через бесконечное грязное и заросшее сухими теперь сорняками поле.
