Бывший любимый мужчина находит героиню и их дочь спустя год разлуки. Он грозит забрать ребенка, но женщина отказывается признавать его отцовство. Между ними разворачивается напряженный конфликт, в котором на кону стоит будущее маленькой Евы и судьба их отношений.
Там, предсказуемо, сидел Дэм за ноутбуком, нацепив очки на переносицу и включив какой-то транс, был погружен в программирование. Судя по блуждающей улыбке, дело шло неплохо.
— О, это ты? Пить не буду!
— Неожиданное приветствие. Я б даже сказал, не слишком вежливое. Это еще и мой дом, ты помнишь?
— Помню, конечно! Привет! С чего ты нагрянул?
— Да вот, предупредить хотел, меня выдергивают во внезапную командировку. Присмотришь за Ли… кхм, за Элли?
— Ну, это будет весьма проблематично, если учесть, что я стараюсь ей даже не звонить. — Нахмурился Дэм и одним движением закрыл крышку ноутбука. — А что, есть повод для беспокойства?
Лекс смешался. Сказать правду, ясен пень, он не мог. Полуправда тоже не прокатит — вон уставился Дэм на него своими синими глазами, будто лазерами.
— Ты в этих очках, как ботан. Просто, если через три дня максимум я не нагряну, позвони ей, лады?
— Не съезжай с темы. Во — первых, откуда этот похоронный тон? Я чего-то не знаю?
«Да всего ты не знаешь, наивный дурак! И того, что мы с Линой не общаемся, и того, что в свете последнего звонка, она под угрозой не только от твоего брата, но еще и от моего неведомого фронта. А вишенкой на торте станет то, что если я не вернусь с командировки…».
— Э, ну как бы ничего особенного, я наверное пойду спать. — Дэм лишь изогнул бровь. — И вообще, оставь этот командный тон, капитан здесь пока еще я.
«Пока ещё. Перед отъездом надо хоть папе позвонить. А, может зря я ввязался в это дерьмо с вендеттой, но пути назад уже все равно нет. Надо хоть письмо Лине написать, пускай Дэм передаст, если чего. Так, стоп. Это уже совсем как в дешевых мелодрамах получается!»
— Твоя спальня — розовая. — С оттенком издевки отозвался Дэм, снова открывая ноутбук. Лекс мысленно поблагодарил его за не навязчивость и за то, что в душу не стал лезть, что-то выпрашивать. И пошел в розовую спальню. Лекс думал, что не уснет, но сказалось переутомление последних полутора суток, и он вырубился мгновенно. А из обычного сна он плавно перетек в плоскость кошмаров.
Если бы по снам снимали ужасы, то Лекс мог бы заткнуть за пояс самого Стивена Кинга. Но тот трэш, что творился в мозгах сейчас. Это было слишком даже для него. Привычный кошмар со смертью мамы трансформировался в сон с Линой в главной роли.
