В мрачной вилле на Корсике мирка девочки и мамы рушится, когда незнакомец ставит под угрозу ее безопасность. Вырвавшись из шокового состояния, мама мужественно защищает дочку, но при этом чувствует на себе необычайную силу и решимость загнать в угол.
Я медленно потянулась к телефону, чтобы набрать знакомый до боли номер.
От звука его голоса по спине побежали мурашки. Но я спокойно проговорила:
— Привет, Дэм… Это Элли. Нам надо встретиться, поговорить.
***Стрелка часов неумолимо двигалась вперед. Дэм… Совсем скоро он придет в старый парк, бросит куртку на скамейку и останется в одном свитере. Зябко поведет плечами и с тоской посмотрит в сторону входа в парк. А я, как и прежде, опоздаю. И он так и не наденет куртку, будет мерзнуть, но ждать, чтобы, как и прежде, когда я, запыхавшись, появлюсь на дорожке, укутать курткой мои плечи.
В день, когда позвонила Элли…
Сказать, что Дэм был в шоке, когда зазвонил телефон, и на дисплее высветилось «Элли», это ничего не сказать. Дэм так и не сумел обратить свои чувства в пепел. И теперь в сердце оставалась только боль и холод одиночества. И тоска по Элли.
Сразу после звонка Дэму…
Я грустно улыбнулась, когда положила трубку. Не было ни боли, ни грусти, ни бешеного биения сердца. Да, мои чувства к Дэму никуда не исчезли. Но вся их острота и яркость поблекли, словно присыпанные серым пеплом воспоминаний.
Глава 112
В день встречи с Элли в парке…
Дэм, конечно, не смог больше работать после того звонка. Он сбежал с работы, бродил по городу, не обращая внимания на ледяной пронизывающий ветер.
