Автор
В старой хрущевке Кирилла и его знакомой соседкой создается непростая гармония в доме, где каждое движение друг за друга становится неотъемлемой частью уюта. Серые стены, свисающий оконный просвет и хлипкая дверь - обычные детали для Кирилла, но для его соседки это символы нового生活的开始。...
. Кир слушал объяснения жены, кивал головой, а сам не мог понять, почему она собрала чемоданы. Что он сделал не так? Совершенно не хотелось верить в то, что его выбор был просто ошибкой. Лиза не разделяла его взглядов на жизнь, а он этого вовремя не заметил. Он любил тишину, она - шумные компании. Он хотел детей - она не хотела отвлекаться на них от работы. Он любил свою страну - она мечтала жить за границей...
- Кирилл, у тебя все хорошо?
- Да-да, дай мне еще минуту.
Прохладный душ - и в голове несколько прояснилось.
В ванной не оказалось его полотенца, и Кириллу пришлось воспользоваться розовым полотенцем соседки. То довольно комично смотрелось на его худых бедрах. Он бы, может, даже посмеялся, если бы голова не болела так адски.
Через несколько минут Кир оделся и, уничтожая следы преступления, закинул полотенце Киры в стирку. Желудок сжимался в голодных спазмах. Ему точно не помешает бульон, который Кира как раз разливала по тарелкам:
- Спасибо.
- Я папе в банку отолью, но тебе на обед тоже должно остаться.
- Как он?
Голос Кирилла был наполнен искренним участием. Его вопрос не прозвучал, как обычная вежливость, поэтому и ответ Киры вышел намного более честным, чем она планировала:
- Он держится. Брюзжит, конечно, но о выпивке не вспоминает. А это самое главное, понимаешь? Со всем остальным мы справимся.
- Думаю, что у вас получится.
- Да... Знаешь, а ведь Фира Львовна так и продолжает его навещать.
Кир вскинул голову и поморщился. Это движение отозвалось звоном в ушах и ломотой в затылке. Головная боль не спешила уходить.
- Фира? С чего бы?
- Не знаю, Кирилл. Какие только мысли не приходили голову. Может быть, она - черный риелтор? И хочет каким-то образом присвоить папину квартиру, воспользовавшись его состоянием? Я, честно, даже не знаю, что думать. Хорошо, что отца выписали. Теперь она не сможет к нему приходить, когда вздумается.
- А сам он - что говорит о её визитах?
- Да, ничего! Он, похоже, даже побаивается её активности. Хотя с радостью ест приготовленные ею обеды. Представляешь? Может быть, она в них что-то подсыпает? Ложка девушки противно звякнула о край тарелки, и Кира, в ужасе от собственного предположения, уставилась на соседа.
- Да, ну. Не накручивай себя... А ты не пробовала у нее прямо спросить, что происходит?
- Конечно. Первым делом...
