В черном платье и кожаных ботинках, женщина движется с уверенностью. Она словно выходит из другой жизни, где все было стильно и дорого. В этот вечер она пришла в лучшую одежду для ужина с другом. Открывая дверь, она не забывает о своем малыце Банди, угощении которого она бережно заботится, хотя и знает, что он будет немного одиноко без хозяйки....
Автомобиль Булата выезжает на Садовое кольцо, щедро украшенное красной россыпью стоп-сигналов, и в этот момент по мне ударяет. Банди. Как я даже на секунду могла о нем забыть?
— Мне нужно домой, — выпаливаю я, повернувшись к Булату. — Я должна погулять с Банди и покормить.
Я невольно затаиваю дыхание в ожидании намека на его недовольство, но на лице Булата его не отражается.
— Адрес скажи, — как ни в чем не бывало произносит он, переключая поворотник.
— Третья Рощинская. Метро Тульская.
Булат плавно встраивается в крайний левый ряд и, не отрывая взгляда от дороги, уточняет:
— Недалеко от университета?
— Да.
— Какая порода?
Я не сразу понимаю, что Булат спрашивает о Банди, а когда понимаю — начинаю улыбаться.
— Бандит — двортерьер. В смысле, я не знаю его породы, но он немного похож на лайку. Такие же ушки и пушистый хвост.
— Похоже на тебя, — говорит Булат и на его щеке образуется залом — кажется, он улыбается.
— Я его очень люблю, — продолжаю я, ободренная его вниманием, — Банди всегда ждет меня в прихожей и радуется приходу так, словно мы не виделись неделю. А к другим людям он относится настороженно, наверное, потому что его в детстве обижали.
Я осекаюсь и замолкаю. Снова говорю много лишнего.
— Почему замолчала? — повернув голову, он вопросительно смотрит на меня.
Я отвожу глаза, пытаюсь отшутиться.
— Про Банди я могу разговаривать часами, и тебе быстро надоест."
"— У меня есть Акбаш. Рассказами о собаках меня не испугать.
Я улыбаюсь и, повинуясь порыву, лезу в сумку за телефоном. В моей галерее хранится несколько сотен фотографий Банди в самых разных ракурсах. Выбираю ту, что сделана в его импровизированный день рождения — на голове у Банди надет цветной бумажный колпак, а сам он с вожделением смотрит на кусок стейка, лежащего перед ним на тарелке — и развернув телефон, показываю ее Булату.
— Здесь Банди восемь месяцев. Мясо было съедено меньше, чем за десять секунд.
Он исследует взглядом экран, а затем проводит по нему пальцем. Я вспыхиваю. На следующем снимке — я, Банди и Антон вместе. Это Марина нас фотографировала. Шутливо назвала нас «маленькая семья».
