О чём книга «Двое среди руин»
В густых тених полумраке небывалого урбанизма я нашел единственное спасение: я. Здесь, в этой стене между жертвами — двое среди руин. Мир вокруг распадается на пепелище и беспорядок, а я — живой острие истории.

В густых тених полумраке небывалого урбанизма я нашел единственное спасение: я. Здесь, в этой стене между жертвами — двое среди руин. Мир вокруг распадается на пепелище и беспорядок, а я — живой острие истории.
Подпалина ли, на боку, белое пятно на груди — так или иначе, кличка очень подошла щенку, и он, сообразив, что все прочие отошли в прошлое, стал отзываться на эту весьма охотно. То, что щенок все схватывал на лету, Нате было и удивительно, и даже жутковато. Я, привыкнув, что никакой напасти ждать от него не приходится, обращал на это внимание лишь в связи с тем, когда требовалось научить его очередному фокусу. Это была либо команда, что-то принести, или — с появлением Наты! — привести девушку. Он несся к ней, и, хватаясь зубами за штаны, упирался всеми лапами в бетонный пол, стараясь вытащить ее к выходу.
Женщина, хоть и совсем юная — это всегда женщина. Вот и сейчас, Ната взяла все заботы по дому на себя, кроме разве что тех, что всегда и повсюду были прерогативой мужчин — вроде колки дров.
Мы скроили — и я помог ей сшить! — несколько рубашек, типа тех, что смастерил для себя.