— Томас попытал счастья в рывке к двери, но счастье попытку проигнорировало. Зато не проигнорировал ее Марк, ловко перехватив омегу и скидывая его на диван, в свою очередь нависая сверху.
Дежавю.
— Далтон, мы это уже проходили, и второй раз я не хочу, — Тома будто тисками зафиксировали.
— Угу, — Марк как-то странно прижался, утыкаясь головой в плечо Томаса.
Омега судорожно выдохнул. Сердце готово было выскочить и умчаться в поисках другого хозяина. И больше не возвращаться. Лучше жить там, где нет такого стресса. Томас опустил единственную свободную руку на голову Марка и провел легко по волосам, успокаивая и себя, и его. И тут Томас понял, что в его плечо не булькают, не рычат, не пускают слюни, а, как ни странно, смеются. Рука Томаса, еще секунду назад ласкающая голову его нерадивого мужа, сжала пальцами волосы.
— Далтон... — прошипел Томас.
— М? — над омегой появилась довольное лицо альфы.
— Только ответь мне честно, Далтон. Для меня это важно. Ты — идиот? И поэтому и шутки у тебя соответствующие? — прищурился Томас.
— Да ладно тебе, Олененок. Ты же хотел обойтись без препирательств, вот мы и обошлись. Что, сильно испугался? Твое сердце так громыхало, — альфа положил ладонь на грудь Томаса, — уже поспокойнее, — поделился он информацией с ошарашенным омегой, — ну как? Уже не страшно?
— Мы не проживем вместе пять лет! Потому что я убью тебя гораздо раньше! — теперь взбешен не на шутку был Томас. Но Марк продолжал смеяться. — Что тут смешного? И встань с меня, ты тяжелый!
— Еще пара таких телодвижений, Томас, и тебе станет совсем неловко. Сам понимаешь — физиология, — не унимался альфа.
— А почему это мне? Твоя физиология, ты и смущайся. Или как там? Заплывай за буйки самостоятельно, — уже спокойнее проговорил Томас.
— Нил порекомендовал мне попробовать стать к тебе ближе. Вот этим я сейчас и занимаюсь, но видишь, тебе не нравится.
— У тебя методы дурацкие! — рявкнул напоследок Томас и уперся коленом в живот альфы. — Все, отползай по-хорошему.
Марк подался назад, но перед тем, как совсем освободить пространство для омеги, укусил Томаса за выставленное колено и скривился.
— Ну вот, а говорят, что оленина — деликатес. Ничего необычного.
— Питайся фастфудом, — успел бросить Томас и вбежал по лестнице, услышав вслед:
— Это тоже был неизящный эвфемизм! — и хохот Далтона.
Томас влетел в комнату и растерянно застыл у кровати. Прекрасное сближение, ничего не скажешь. Только Блекворд явно имел в виду другое, а Далтон все воспринял буквально. Еще и за колено укусил. Томас нервно стянул джинсы и увидел легкую отметину. Не зубы, а просто гордость дантиста. Ими можно и металл перекусить. Вот прогорит Марк в бизнесе и точно без работы не останется.