Как раз такое заключение ему и хотелось сделать, иначе он не представлял, что скажет тем, кого еще недавно убеждал дать разрешение на операцию.
– Внимание, борт-один, начать высадку в двенадцать-тридцать четыре! – решился Фарковский.
– Отделение – внимание! – объявил Тони и опустил забрало. Бета-блоки зашевелились. Джим покосился на напарника и тоже опустил забрало. Что-то с самого начала пошло не так, однако он старательно гнал от себя плохие мысли. Вот разве что Хайди…
По лицу Джима расплылась улыбка. Хайди.
Первые потоки атмосферы хлестнули по бортам «каскада», заскрипели рамы безопасности.
Джим хорошо представлял, как следом за ними, оставляя за собой длинные серебристые хвосты, в атмосферу проваливаются другие «каскады».
Стремительно бежали секунды, командирский канал позволял наблюдать за тем, что происходило вокруг «каскада», однако пока это были только раскаленные газовые протуберанцы, вспышки статического электричества да отблески грозы в другом полушарии.
Внезапно внутри отсека вспыхнули огни аварийного освещения, и транспорт совершил такой рывок, что Джим лязгнул зубами.
– Что это? – спросил Тони, но тут транспорт швырнуло в другую сторону, а на экранах появились две молочные полосы уходящих вверх ракет.
– Мы под обстрелом! – крикнул Джим. Ему захотелось вдруг прибить полковника Фарковского за его упрямство.
Сверкнула вспышка – где-то выше развалился транспорт. С запозданием метнулись зеленоватые иглы ответных залпов из пушек истребителей, но били они только по открывшимся позициям, да и то с большого расстояния. Штурмовики подошли бы для этих целей куда больше, но операция планировалась «чистая», без масштабного огневого контакта.
Крохотное окошко на внутреннем мониторе забрала показывало пятнадцать тысяч метров. Еще немного – и они сумеют высадить десант, бета-блоки имели более тяжелое, чем прежде, вооружение и могли с ходу приступить к ликвидации станций наведения.
Джим закрыл глаза и стал делать дыхательные упражнения. Ему требовалось успокоиться.
И опять рывок – уход от ракеты, и тут же удар в левый борт – зенитчики брали их в клещи.
Транспорт начал вращаться, по монитору побежали сообщения о рассогласовании элементов системы наведения.
«Да и хрен с ней, добраться бы до земли живыми», – подумал Джим. И тут последовал новый удар, отчего половина аварийных огней погасла, а в образовавшуюся пробоину стал нагнетаться раскаленный забортный воздух.