Потянуло разогретым воздухом, Джим поскользнулся, но устоял.
– Мне нельзя без руки… – снова простонал Тони.
– Они уже у выхода! – закричали откуда-то из глубины первого этажа.
Джим быстро сменил обойму и, повернувшись, выждал пару секунд. Вот и они. Джим открыл беглый огонь, чувствуя, как легчает удлиненная обойма.
Этот упал, этот – тоже, а тот спрятался за столб.
В ответ на огонь Джима загрохотал автомат, охранник стрелял не целясь, но пули кромсали стену совсем рядом. Джим прицелился и достал автоматчика, прострелив колону.
Загремели шаги на лестничном марше, вниз бежали еще несколько человек. Приметив дрожь отделочной доски, Джим расстрелял по невидимым мишеням оставшиеся патроны. Кто-то вскрикнул, кто-то визгливо выругался, еще один упал и покатился по ступеням.
«Порядок», – сказал себе Джим и, вставив последнюю обойму, потащил Тони за собой.
Впереди была распахнутая дверь, крыльцо и самое опасное – два десятка метров до ворот.
Выглянув во двор, Джим вздохнул с облегчением: ворота были сорваны и заброшены внутрь двора, повсюду валялись обломки кирпича. Это, безусловно, осложняло передвижение по брусчатке, зато улица вот она – и никаких заборов.
Перед последним броском все складывалось хорошо. Понеся немалые потери, преследователи поутихли и не торопились обрести посмертную славу.
– Ну, приятель, осталось совсем немножко… – сказал Джим, поглядывая то во двор, то вглубь темнеющего коридора, откуда в любой момент могла прилететь пуля. – Приготовься, сейчас нужно будет немного пробежаться…
Джим оглянулся на Тони. Тот сидел в углу, прижимая здоровой рукой к груди окровавленное полотенце. Он был без чувств.
– Эй, Тони! – Джим грубо толкнул напарника, и тот стал заваливаться. Джим подхватил его за ворот и похлопал по щеке. – Тони, ну давай, дорогой, еще один бросок! Ну, разведчик, не умирай, не время еще!
– Мне нельзя без руки, Джим, – пробормотал Тони словно во сне. Он потерял много крови и совсем ничего не соображал.
Джим рывком поднял его на ноги, еще раз выглянул в коридор, потом – во двор и, наконец решившись, ступил на крыльцо и вытянул за собой Тони. Во дворе было подозрительно тихо, и за грудами сваленных вещей и мебели он подозревал засаду.
В коридоре раздался шорох, Джим, не глядя, выстрелил.
«Теперь можно попытаться…» – сказал он себе и стал спускаться по ступеням – всего полтора десятка, но как же тяжело тащить Тони, который находился в полуобморочном состоянии.