– Я тоже надеюсь, – кивнул Тони и неожиданно добавил: – Никогда не думал, что существуют такие быстрые парни, как этот ублюдок в поварском колпаке…
Джим неодобрительно покачал головой и, подняв на напарника глаза, сказал:
– Давай оставим эту тему на после обеда.
– Давай, – пожал плечами Тони. – Просто мы на кухне, тут пахнет едой, прямо как там…
С этими словами он поднялся из-за стола и вышел в комнату.
– Ты что, есть не будешь?
– Нет, можешь вылить мой суп в сортир.
Джим поиграл желваками, кроша гренок себе на колени, а потом сказал:
– Ну и иди в задницу!
– Обиделся? – довольно ухмыляясь, Тони вернулся на кухню. – Ладно, суп в сортир отменяется. – Он сел, придвинул тарелку и левой рукой взялся за ложку. – Вкусно.
Дзинькнул звонок печки, сообщая, что вторые блюда разогрелись. Джим достал упакованные в фольгу порции и сразу заложил для разогревания десерт.
– Еще полслова можно? – спросил Тони, не переставая есть.
– Говори, – не поднимая головы, ответил Джим.
– Если бы ты его не приложил сковородкой, он бы из меня фарш сделал.
– Да. – Тони улыбнулся. – А завтра мы обязательно познакомимся с той девчонкой.
Через три дня Блез Форест сошел с трапа скоростного уиндера в порту города Барлоук. Устало опустился на заднее сиденье бронированного лимузина и, махнув рукой, сказал:
Машина сорвалась с места и помчалась к воротам, часовой торопливо включил привод и, когда машина проезжала мимо, торжественно отдал честь. Кто сидел на мягких подушках, он понятия не имел, однако ясно, что чин немалый.
Выскочивший из ворот лимузин тотчас взяли под охрану два других автомобиля, по радиочастотам понеслись распоряжения полиции – обеспечить проезд чрезвычайно важной персоны.
Блез Форест задумчиво смотрел в окно и барабанил пальцами по обшитому змеиной кожей подлокотнику. Что-то назревало, какое-то изменение расстановки сил в этом мире, он это хорошо чувствовал своим тонким, конъюнктурным обонянием. От приближения неприятностей сводило скулы и немели ноги.
«Только не я, только не теперь, когда в пригороде строится трехэтажный дом, а до получения заветных ключей от спортивного «хиггера» осталось меньше месяца!»
Он с такой любовью и прилежанием составлял заказную карту для этой машины стоимостью в полмиллиона реалов, и что, теперь все забыть? Но еще хуже – умереть от пули маньяка из Управления «Р». А Лола, новая любовница Фореста! Одно ее прикосновение могло зажечь неугасимый огонь страсти, ее глаза, гладкая кожа, грудь… Эх, да что там перечислять, Лола – это то, ради чего стоило жить. Жить! Умирать совсем не хотелось, но где гарантия, что за следующим поворотом не сидит угрюмый мужлан с трубой реактивного гранатомета? Один выстрел, и от бронированного лимузина останется только обгорелый остов.