Черт. Последнее точно не следовало говорить даже на эмоциях. Тем более он не писал, что пришлет фотку члена именно мне. И с каких пор я думаю о том, чтобы получить подобное?
Я подняла смущенный взгляд и увидела, что миссис Клейтон тихо посмеивается.
– Слава богу! Если бы я выслушала еще одну оду любви к Диккенсу и Достоевскому, напилась бы. А из-за проблем с сердцем мне нельзя налегать на алкоголь.
У меня пересохло во рту.
– Это значит… я… или… – заикалась я и, кажется, покраснела.
– Да, вы приняты, Айви. Мне захотелось в подробностях услышать историю о том плейбое-бариста, – миссис Клейтон озорно подмигнула, и я чуть не уронила челюсть на лакированную поверхность стола.
– Но почему? Я не понимаю.
Она снисходительно улыбнулась:
– Мне давно за шестьдесят, как и моим подругам из клуба. Скучные разговоры про искусство, политическую обстановку в мире и экономику порядком утомили. А общаясь с молодыми людьми, я словно возвращаюсь в свои юные годы, и именно этого не хватает в моем клубе. Свежей крови.
– Но библиотека в холле, картины и статуи… – Я недоуменно нахмурилась и поднесла к губам чашку с ароматно дымящимся кофе, который принесла Сьюзи.
Миссис Клейтон пренебрежительно махнула рукой:
– Это библиотека моего покойного мужа Джонатана. – Она открыла ящик в столе и, немного наклонившись, отчего ее очки съехали на кончик носа, начала рыться в нем. – Мы с ним были очень разными, но это нас только сближало. – Наконец она выпрямилась и показала мне книгу, прочитав название которой, я поперхнулась и чуть не выплюнула кофе на лежавшие на столе бумаги.
Конечно, я больше фанатела по романтическому фэнтези, но и любовные романы с пометкой 18+ не прошли мимо меня. А сейчас передо мной красовался один из ярких представителей данного жанра.
Я ошарашенно кивнула, глядя на счастливую женщину, которая в руках держала будто не книгу, а золотой слиток.
– В моей библиотеке, которая спрятана подальше от любопытных глаз, собраны все книги автора. Скажите, Айви, что бы вы посоветовали мне, узнав, что я читаю горячие романы?
Я даже ущипнула себя – настолько обалдела от увлечений чопорной с виду старушки.
– Эль Кеннеди, Пенелопа Дуглас, Эмма Скотт, – перечислила я первых пришедших на ум авторов.
В глазах миссис Клейтон зажегся огонек:
– О! Я обожаю Пенелопу! Вы читали «Доверие»?
Я больше не притрагивалась к кофе, боясь поперхнуться вновь.
– Наслышана, – осторожно ответила я. – По правде говоря, я отдаю предпочтение фэнтези.
Восторженный блеск во взгляде миссис Клейтон сменился разочарованием, и я поспешила реабилитироваться.