Что это, ревность? Или что-то другое? Вообще, это я должна быть обижена, потому что это кто-то из них двоих положил мне в сумку деньги, заплатив тем самым за ту ночь. Тем самым назначив мне цену.
Когда сегодня утром я проснулась, парней уже не было. Но все воспоминания были живы. Мышцы ныли от боли, между ног саднило, я была вся мокрая. В мусорном ведре в ванной нашла два использованных презерватива. Хорошо, что у парней хватило ума ими воспользоваться. У меня совсем не было мозгов в этот момент.
Быстро приняла душ, даже не заправив кровать, оделась и убежала в университет. Надо было взять задание по одному предмету и сдать другое. А потом решила зайти в столовую, чтобы потом пойти в спортивный комплекс и встретиться со своими… даже не знаю, как это сказать… парнями?
– Так между вами что-то уже есть? Или как, Юля? Мое предложение в силе?
– Нет, Аркаша. Твое предложение не в силе. И мой ответ всегда будет «нет».
– Ну-ну. Хорошо. Еще посмотрим.
Аркадий встает, берет свой телефон, крутит его в руках и насмешливо так оглядывает Егора.
– Если ты будешь так пялиться, то останешься без зубов.
– Полегче. Зубы нынче дорогие.
– А вот Уголовному кодексу не плевать.
– Исчезни, блядь, отсюда, чтоб я тебя около Юли не видел.
– Все-все-все, я ухожу. Ладно, Юль, пока. Но ты подумай.
Савельев уходит, оставляя нас с Егором вдвоем. Тот садится на его место, внимательно на меня смотрит.
– У тебя проблемы с ним?
– У меня проблемы с тобой. Точнее, с вами.
– А какие могут быть с нами проблемы? Мы парни классные. Разве тебе не понравилось?
Гор тянет свои руки к моей, а я отдергиваю ладонь, смотрю в упор.
– Так чья это была идея?
– Положить мне в сумочку двадцать пять тысяч. Твоя? Или Романа?
– Блок! Гор, Блок! Держи удар! Да твою же мать! Удар, левой! Левой!
Через шлем плохо слышно, еще шумит толпа зрителей, но тренер орет так, что мертвого из могилы поднимет. А я все равно пропускаю удар за ударом, трясу головой, делаю выпад, сам наношу удары, почти не глядя, но попадаю сопернику в корпус и в голову.
Еще несколько секунд продолжается бой, звучит гонг, перерыв, сажусь на подставленный низкий стул, доктор промакивает ссадину на брови лекарством, замораживая ее. Пью через трубочку воду, сам не понимаю, с какого хрена я пропускаю пустяковые удары.
– Егор, ты чего творишь? Собери себя в кучу! Это, мать твою, всего лишь отборочный этап, так продолжишь – и можешь вообще не попасть в финал!
Рыжик не дает мне покоя.