В холодном осеннем душевом боксе Игоря встречаются страстная жертва и ее спаситель. Его грубые прикосновения пробуждают беспомощный страх и желание остаться с незнакомцем. Опустошенные слезы, но в то же время четкая ясность действий — Крис пытается остановить трагедию, даже когда уверенность исчезает под напором страха....
Похоже, «Двойная взлётная 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Там наверняка пистолет и бутылка водки, а еще два дела в картонных папках, перевязанных тесемками, на Громова и Шульгина, с грифом «секретно». Хотя у меня размытое представление о людях такой профессии, больше взятое из сериалов и кино.
— Вам нравится ваша работа?
— Да, это была моя мечта, я шла к ней сама, ни на кого не рассчитывая и не надеясь.
— Трудно будет прощаться с мечтой. Как считаете, Кристина Сергеевна?
— Я не собираюсь с ней прощаться.
А вот это была явная угроза. Желудок сразу скрутило спазмами, с утра практически ничего не ела, только успела выпить зеленого чая и поехала на работу, нужно было проходить дополнительные инструктажи и беседу с психологом.
Впереди маячил переезд в другой район, на другую квартиру. Денег должно хватить на все, я подсчитала. Сделать очередной взнос за ипотеку, оплатить новую квартиру, грузчиков, такси.
У меня так и осталась та карта, что дал Игорь, мол, на, милая, моя женщина должна ни в чем не нуждаться. Женщина должна не нуждаться во внимании и мужской заботе, а не в показной расточительности, хотя это тоже хорошо, не спорю.
— Это тоже один из методов? Шантаж, да? Я угадала? Ваш коллега тоже любил так делать, семью мою вспоминал.
Колесников снова ничего не ответил, его взгляд напрягал, нет, я не чувствую прямой угрозы или откровенного физического интереса, в подполковнике ничего этого не было.
Тут другое — психологический прессинг. Если Рогозин делал это неумело, больше эмоционируя сам, имея, как оказалось, личную неприязнь к Шульгину, то Аркадий Петрович все делает методично, растягивая собственное удовольствие от всего происходящего.
Кругом одни извращенцы и маньяки.
— Вы очень красивая девушка.
Даже спасибо говорить не стала, достал.
— Наверное, свели с ума всех пилотов? Отбоя нет от кавалеров, это так романтично, вы — стюардесса, он — пилот.
— Нет, не особо.
— Ну да, я наслышан о ваших адюльтерах, читал лично сочинения первого пилота.
— Адюльтер был у пилота, я свободная девушка была на тот момент.
Моя единственная связь с первым пилотом чисто по пьянке, когда я праздновала свой развод, вышла боком. Как и связь с пассажирами джета.
Жизнь тебя, Кристина, ничему не учит.
— Красивая, страстная, импульсивная, да вы опасная девушка.
— Мы сегодня говорим обо мне или все-таки есть определенная тема?
— У нас с вами всегда одна тема, точнее две, это Шульгин и Громов.
