В холодном осеннем душевом боксе Игоря встречаются страстная жертва и ее спаситель. Его грубые прикосновения пробуждают беспомощный страх и желание остаться с незнакомцем. Опустошенные слезы, но в то же время четкая ясность действий — Крис пытается остановить трагедию, даже когда уверенность исчезает под напором страха....
Похоже, «Двойная взлётная 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Желудок свело болезненными спазмами, салат просился обратно, зажав рот ладонью, быстро иду искать дамскую комнату. Падаю на колени перед белоснежным унитазом, желудок выворачивает выходит все, даже противный яблочный сок.
— Совсем плохо?
— Не знаю.
Артём сидит рядом на корточках, придерживая мои волосы. Усмехнулась. Также Наташка держала их на выпускном, когда я блевала в школьном сортире.
— Вставай, поедем в больницу, ты вся бледная. А потом расскажешь, что тебя так развеселило.
Тянет вверх, я, наверное, сейчас безумно «красивая», со слюнями на подбородке, слезами на глазах.
— Не смотри.
— Почему?
— Беременная женщина в обнимку с унитазом — совсем несексуально.
Умываюсь холодной водой, чувствуя взгляд Шульгина, от него не по себе.
— Что?
— Иди сюда.
Берет мое мокрое лицо в руки, гладит по щекам, глаза такие темные, что в них можно утонуть, захлебнуться и никогда не всплыть.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально. Только мутить начало. Наверное, нервы.
— Ты очень сексуальная даже с унитазом.
— Лесть не твой конек.
Две женщины заходят в туалет, но тут же выходят, увидев нас. Наверное, решили, что сейчас происходит секс. Да если бы.
— Все будет хорошо. Веришь?
Думаю лишь три секунды, но Артёму хватает, чтобы понять, как я на самом деле не уверена, что все будет хорошо.
— Мне страшно, вот именно так временами: до тошноты и паники. Страшно, что вы исчезнете вновь, что вас убьют.
До боли цепляюсь за его рубашку.
— Тихо, тихо, птичка, не говори так.
Артём морщится, пальцами накрывает мои губы, а мне хочется плакать от того, как я не хочу его терять. Их терять.
— Все будет хорошо, я обещаю.
— Черт…м-м-м…
Резкая боль в животе, она пронзает все тело, хватаюсь за плечи Артёма и за живот.
— Что? Кристина, говори что? Больно? Где?
— Не знаю внизу, м-м-м-м…
Стискиваю зубы, Артём подхватывает на руки, сам бледный, вижу лишь его темные глаза.
— Громов, машину, быстро!
Грохот, суета, прикрываю глаза, жаркий воздух и шум улицы.
Артём отлично говорит на английском, а меня скручивает в очередном спазме боли, кусаю губы, чтобы не закричать.
— Уже едем, все, девочка моя, потерпи.
Чуть уловимый запах смородины, я уже на руках Игоря, его борода щекочет лоб, цепляюсь за футболку.
