Зачем ей любовник, чтобы еще и перед ним фригидную изображать?
Интересно, она скачет на нем, как последняя шлюха, или так же целомудренно, эстетично и красиво ноги разводит, как передо мной? Узнаю все, и мало им обоим не покажется.
Прижимаюсь к ее спине, вдавливаю в матрас всем своим телом, заставляя почувствовать себя в ловушке подо мной. Мое лицо рядом с Инессиным, дышу прямо в ухо и слышу ее сбившееся слабое дыхание в ответ. Как птичка в силке. Обнимаю ладонью ее шею и сжимаю. Резко подаюсь тазом вперед до самого упора.
Тугая и горячая внутри. Инесса стискивает в кулаках простынь и захлебывается вдохом.
Имею ее жестко, жадно и бесконтрольно, наказывая за проститутское поведение. Сжимаю ее волосы на затылке и тяну, заставляя повернуть ко мне лицо. Впиваюсь в Инессины губы поцелуем. Хозяйничаю там языком, заставляя мне отвечать. Продолжаю двигаться, пока меня не накрывает. Кончаю в нее и замираю, пытаясь отдышаться.
Инесса пытается пошевелиться подо мной, но я опять придавливаю и дышу, пока полностью не прихожу в себя и не восстанавливаю дыхание.
Скатываюсь с нее на покрывало и слежу за реакцией.
Молчит.
Ну что же ты?
Не понравилось же!
Ни одной бы такое не понравилось, что ты молчишь?
Инесса отворачивается и медленно встает. По бедрам стекает сперма и капает на ковер, рядом с кроватью. Она не обращает на это внимания, скрывается в ванной. Слышу, как включается вода в душе.
Как чертов робот со мной. Надоел этот цирк. Инесса выйдет, и я все ей выскажу, пусть убирается на все четыре стороны.
Поднимаюсь с кровати и отправляюсь в гардеробную, снимаю с вешалки чистый костюм и быстро одеваюсь. К тому моменту, как я выхожу в спальню, там появляется Инесса. На лице вообще ни одной эмоции.
– Матвей, – она берет расческу с тумбочки и ведет ею по волосам, рассматривая свое отражение в ростовом зеркале, – у тебя проблемы на работе?
– Нет, – подхожу к ней сзади.
Просто отлично, сразу нашла, на что списать мое дурное настроение и скотское поведение.
– Мне не нравится, когда ты так делаешь, это неприятно, – по ее лицу проходит мелкая рябь пренебрежения и тут же исчезает, опять прячется за безразличием.
– Мне тоже многое не нравится, – начинаю я.
– Просто скажи, – Инесса холодно улыбается мне в зеркало, – я все исправлю."
"Слова о том, какая она тварь, застревают в горле. Эта ее улыбка цепляет, все время только такую и вижу, но в различных вариантах. Холодную, отстраненную, вежливую, всегда контролируемую.
