Я стоял у открытых ворот буферной зоны, окружавшей нашу владению. Минное поле — создание из моих рук, чтобы помешать планам противника. Теперь это препятствие заставляло нас плыть через моря воды, преодолевая невидимые опасности на глубине.
Похоже, «Двойник короля 16» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Они, судя по тому, что я понял, начали повторять фразу «Мне не нужны воины», перебрасываясь ею между собой, как мячом, и качая головами то ли с уважением, то ли с недоверием.
Запах конского пота, кожаных сёдел и степных трав создавал вокруг особую атмосферу. Пока я лишь наблюдал. В прошлой жизни, лет в шестнадцать, меня отправили в другое королевство. Как тогда сказали, учиться, а по факту пытались спрятать монарха.
И вот там тоже была другая культура, если так можно выразиться. Северные дикие племена.
В той стране я, несмотря на юный возраст, считался уже мужчиной и должен был отвечать за каждое слово и поступок, как полагается… Выходить в спарринг с соперником. Нос мне ломали почти каждую неделю, зато научился хорошо сражаться на кулаках, ножах.
Монголы снова заговорили.
— Нам сказали следовать за ними, — кивнула Изольда, поправляя прядь волос, выбившуюся из-под накидки.
— Что, даже транспортом не поделятся? — улыбнулся, чувствуя, как пересохли губы.
— Конь для монгола — почти священное животное. Они очень личные, и, чтобы тебе разрешили сесть… Ты должен быть членом семьи, уважаемым командиром или братом. Поэтому, пока мы не купим скотину, будем двигаться пешком, — пояснила мне женщина. Она говорила тихо, чтобы не быть услышанной монголами, которые уже выстраивались для движения.
— Хорошо, — кивнул в ответ.
Понятно, что просто показывают на моё место.
"Отряд двинулся вперёд. Копыта лошадей поднимали клубы пыли, которая оседала на одежде и волосах, скрипела на зубах. Мы шли с Изольдой позади, глотая пыль и наблюдая за спинами всадников. Мать перевёртышей старалась не смотреть на монголов, но я замечал, как её взгляд иногда вспыхивал странным огнём, когда она думала, что я не вижу.
— Ненавижу их! — выдала женщина через час нашего пути, когда монголы отъехали достаточно далеко вперёд, чтобы не слышать. Её голос звучал глухо, с плохо скрываемой яростью. — Не народ… А то, что со мной сделали. Тварь! Хадаан хатун.
— Ладно тебе, — хмыкнул, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. — Ты и сама потом ничем не отличалась, много жизней порушила. Вон у девочек какие претензии к тебе были.
