В зале полыхает яркий свет декоративной люстры, освещая ковер и дубовый буфет. Высокий стол с книгами стоит между двумя большие окна, за которыми видны тёмные ночи Средневековой Европы. Сергей стоял здесь, глядя на висящую над ним тень — дубовый буфет отражает её с обеих сторон. Я медленно оглядываю комнату, пытаясь отдышаться и собрать мысли после этой жуткой битвы, когда каждый звук будореет в ушах....
Похоже, «Двойник Короля 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В руднике явно что-то есть, раз его охраняет перевёртыш, или…
— А я вас ждала, — эти слова обрушились, как камни.
— Рад, что не подвёл.
Холодок пробежал по спине. Откуда она могла знать о моём приходе? Тёркины… Живы ли братья? Если перевёртыш их схватила и пытала, они могли рассказать о цели визита. А может, просто играет со мной, пытаясь выудить информацию?
— Скажите честно, — девушка шагнула ближе, грязная накидка на её бёдрах чуть разошлась. — Вам так не терпелось узнать, что тут в руднике?
Моя рука крепче сжала рукоять меча.
— Раз уж мы так мило беседуем, — поднялся я с колен, — может, расскажете, где Тёркины?
Её улыбка стала шире:
— А вы переживаете за них? Как мило…
Факел в руке брюнетки качнулся, тени заплясали по стенам. На миг показалось, что они обретают собственную жизнь, тянутся ко мне. Я дёрнул головой, прогоняя наваждение."
"— Знаете, — девушка вдруг стала серьёзной.
— Польщён, — процедил сквозь зубы, отмечая, как плавно смещается её тень в полумраке, пытаясь загнать в угол. — Но обычно дамы знакомятся немного иначе.
— О, я не обычная девушка, — тихо рассмеялась брюнетка. — И вы это прекрасно знаете. Кстати, как там проверка на перевёртышей? Нашли кого-нибудь?
Твою ж… Она в курсе даже этого. Значит, в особняке есть ещё шпионы. Или Жора проболтался? Нет, он бы не стал.
— Очень устал, дорога сюда вымотала, — начал я, разминая затёкшие плечи. — Давайте без игр. Где мои люди? Чего вы хотите? И что делаете в моём руднике?
— Вашем? — девушка изящно изогнула бровь. — Хм… А я думала, что это место уже давно стало собственностью Зубаровых.
— Они тоже так думают, — сделал шаг к ней, пальцы крепче сжали рукоять, — но ошибаются. Как ваша сестра, кстати?
— Симона! — имя прозвучало, как удар хлыста.
В следующий миг её тело начало меняться. Кожа потемнела, словно впитывая тени от факела. На ней проступила жёсткая чёрная шерсть, блестящая в неровном свете. Глаза залила густая карамель, превращая их в бездонные омуты. Уши вытянулись и заострились, а накидка затрещала, не выдерживая трансформации.
