В зале все замолкли на мгновение от ужаса и гнева, когда Вячеслав истерически крикнул на всех собравшихся. Он так горько плакал и так ужасно кусал зубы от злобы, что казалось воздух застыл в замешательном молчании. Именно тогда дочь Вячеслава выскользнула из тени отца, смотря на кровавую бойню с холодным спокойствием. Атмосфера гнева и ненависти окутывала пространство, придавая всему происходящему дополнительный смысл и значимость....
"
"Сигналы от паучков заставили меня проснуться. Подключился к нашей общей сети и использовал глаза одного из них. И почему все гости хотят ко мне зайти ночью? Как будто днём нельзя… «Не трогать! Наблюдать! Ждать!» — послал приказ своим многоглазым охранникам.
— Павел Александрович! — прозвучал голос Маргариты, мелодичный и дразнящий. — Я пришла услышать о вашем решении.
Убрал одеяло и замер. В лунном свете, льющемся через окно, стояли две фигуры — Маргарита и её сестра Симона. Две идеальные копии друг друга, созданные магией и природой.
Аппетитная грудь с торчащими сосками, плоский живот с едва заметной ложбинкой пупка, бархатистая кожа, мерцающая в полумраке. Длинные чёрные волосы струились по плечам, едва прикрывая соблазнительные изгибы.
Я проглотил, чувствуя, как пересохло в горле. Взгляд скользнул к стройным ногам и задержался на треугольнике внизу живота, затем метнулся к груди. В тёмных глазах сестёр плясали озорные искры — они явно наслаждались произведённым эффектом.
Моё тело отреагировало на эту красоту.
«Что же вы затеяли? — мелькнула мысль. — Думаете, мной можно манипулировать?»
Щёлкнул пальцами, и паучки выпустили паутину. Морозная сеть окутала совершенные тела, создавая причудливые узоры. Сначала у одной появились трусики, потом у второй. Следом прикрылись груди.
Самоуверенность мгновенно испарилась с их лиц, уступив место изумлению. Сёстры задрожали от холода, их зубы застучали.
— Вон халат, — махнул рукой в сторону кресла.
Симона схватила ближайший, кутаясь в него, как в спасательный жилет. Маргарита, гордо вскинув подбородок, направилась в ванную, но по её коже бежали мурашки.
Повернулся и насладимся тем, как двигается её филейная часть. Блин, и таких две… Права была Маргарита, мечта любого мужика… Тряхнул головой, чтобы отогнать мысли.
— В следующий раз постучите, — хмыкнул я, наблюдая, как их лица заливает краска смущения. — Если я захочу, чтобы вы разделись, то прикажу.
— Мы не рабыни, — фыркнула Маргарита, гордо вздёрнув подбородок.
— Имена у вас какие?
— Цэцэг и Сарангэрэл, — тихо произнесла Симона.
Я скривился, словно откусил кислое яблоко. Нет, это сложно и неудобно.
— Других не знаем, нас в детстве похитили, и мы уже забыли настоящие, — добавила Маргарита, в её голосе впервые прозвучала горечь.
— Ладно, — посмотрел на девушек в мужских халатах, которые делали их странно беззащитными.
