В зале все замолкли на мгновение от ужаса и гнева, когда Вячеслав истерически крикнул на всех собравшихся. Он так горько плакал и так ужасно кусал зубы от злобы, что казалось воздух застыл в замешательном молчании. Именно тогда дочь Вячеслава выскользнула из тени отца, смотря на кровавую бойню с холодным спокойствием. Атмосфера гнева и ненависти окутывала пространство, придавая всему происходящему дополнительный смысл и значимость....
Не успел сделать и пару шагов, как дорогу перегородили Ольга с Лампой. У девушки щёки раскраснелись от спешки, а рыжий вообще задыхался.
— Господин! Очень важное дело! — выпалили оба почти хором.
Кивнул и им. За спиной уже собралась приличная толпа — казалось, весь особняк решил со мной пообщаться именно сейчас.
В холле нас встретил Жора, как всегда, безупречно одетый, только глаза выдавали тревогу:
— Срочный разговор, господин.
— Да что у вас случилось? — вздохнул я. — Ладно, следуй за… всеми.
На втором этаже к процессии присоединились Маргарита и Симона.
— У нас крайне важная информация.
Только пожал плечами: «Куда деваться?» Кабинет едва вместил всех просителей. Они выстроились вдоль стены, как на военном смотре.
— Ну, — опустился я в кресло, разглядывая озабоченные лица, — рассказывайте, что у вас стряслось.
Глава 15
Все заговорили разом, перебивая друг друга.
— Наедине, господин! — Витас старался сохранять невозмутимость.
— Только вам лично! — Ольга с волнением прижимала к груди руки, пока Лампа просто смотрел по сторонам.
Жора деликатно кашлянул:
— Дело требует особой… конфиденциальности.
Сёстры-перевёртыши синхронно покачали головами:
— Только для ваших ушей, господин.
Я откинулся на спинку кресла, разглядывая эту картину. Улыбка сама растянула губы.
— Хорошо, — выдохнул, поднимая руку, и гомон мгновенно стих. — По очереди. Начнём с Георгия. Остальные пока могут подождать за дверью.
Просители покинули помещение, только Лампа задержался в дверях.
Ольга тоже приоделась. Новое платье синего цвета очень подходило к её светлым волосам и голубым глазам.
Сёстры-служанки в своих идеально подогнанных нарядах привлекали внимание. Даже Витас, обычно сосредоточенный только на деле, проводил их долгим взглядом. Что уж говорить о Лампе… Бедняга чуть не впечатался в дверной косяк, засмотревшись.
Я уставился на Жору, который сделал несколько шагов, чтобы приблизиться ко мне.
— Господин, — начал он почти шёпотом. — Прошу прощения, что был вынужден побеспокоить вас!
— Давай уже без этого всего, — перебил его.
— В особняке Магинских есть потайной ход, — выдал Георгий. — Это секрет рода, и я поклялся вашему дедушке сохранить его. Но последние события подтолкнули меня всё вам рассказать.
— Понял, — кивнул я.
