Когда казначейский сын Павел Магинский шёл по тёмному коридору особняка в сопровождении солдат, его дыхание было ровным лишь на первый взгляд. Внутри же всё пылало гневом и азартом юного воина. Эти невероятные силы пытались прорваться сквозь заботу и опыт прошлой жизни, но буря всё-таки поднималась на поверхность — как пламени в котле....
Похоже, «Двойник Короля 7 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Влезший к нам замычал, словно от неожиданности. Ещё удар — в живот. Мягковато, странно. Ещё — в грудь. Определённо мягкая. Наш визитёр начал издавать странные стоны — слишком высокие.
Я схватил с пола грязную портянку Коли и запихнул в рот незваному, чтобы не орал. В этот момент проснулся и Костёв. Он мгновенно сориентировался и с разворота пнул чужака в голову. Тело с глухим стуком упало на деревянный пол.
Коля метнулся к лампе, повернул рычажок, и комнату залил тусклый желтоватый свет. Гость лежал лицом вниз, без сознания, но всё ещё тихо постанывал.
— Барон Кирилл? — произнёс удивлённо, узнав в ночном визитёре ту самую Екатерину Рудневу, которую встретил в карцере.
* * *"
"P. S По просьбам тех, кто ответил в комментах. Продолжаю впахивать и выкладывать большие главы. Ваши лайки, комменты и награды мотивирую. Всех благодарю.
* * *Глава 17
Она-то тут что делает⁈
— Павел Александрович, это что, баба? — удивился Коля, часто моргая и вглядываясь в темноту.
— А у тебя глаз-алмаз, не думал в следователи пойти? — улыбнулся я, держа нож у горла незваной гостьи.
Полумрак комнаты скрадывал черты лица лежащей без сознания фигуры, но даже в тусклом свете, падающем из окна, было заметно, что перед нами девушка. Её короткие волосы и мужская форма не могли полностью скрыть женственность очертаний. Грудь хоть и небольшая, но всё же явно выдавала в ней представительницу прекрасного пола.
— Я, получается, женщину ударил? — напрягся всем телом Костёв, словно его только что ужалила змея.
Лицо парня исказилось от ужаса осознания. Похоже, в его воспитании это было одним из самых страшных табу. Руки Коли начали трястись, а нижняя губа задрожала, как у маленького ребёнка, совершившего что-то непоправимое.
— Тихо! — оборвал эти угрызения совести, не сводя глаз с нашей пленницы.
— Может, ей помочь? — снова вклинился Коля, неуверенно переступая с ноги на ногу. Его взгляд метался между мной и лежащей на полу девушкой.
— Нет, пока не узнаю, какого хрена она тут забыла, — остановил пацана жестом.
Руднева дёрнулась и слабо застонала — значит, приходит в себя. Её дыхание изменилось — стало более ровным и глубоким. тем временем паучки, расположившиеся по периметру комнаты, сигнализировали о малейших движениях. Их крошечные глазки улавливали каждый вздох, каждое подрагивание ресниц.
Комната тонула в ночной тьме, лишь тусклый свет луны, проникающий через окно, позволял различать очертания предметов.
