Павел направляется на фронт, но его ждут неожиданные испытания. На пути к боевым действиям он сталкивается с возможностями укрепить свой род, старыми врагами и военными интригами. Каждое решение приближает его к таинственной цели, которая может изменить всё.
Раздел Chitat.online для книги «Двойник Короля 8» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Павел направляется на фронт, но его ждут неожиданные испытания. На пути к боевым действиям он сталкивается с возможностями укрепить свой род, старыми врагами и военными интригами. Каждое решение приближает его к таинственной цели, которая может изменить всё.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Павел направляется на фронт, но его ждут неожиданные испытания. На пути к боевым действиям он сталкивается с возможностями укрепить свой род, старыми врагами и военными интригами. Каждое решение приближает его к таинственной цели, которая может изменить всё.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Двойник Короля 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Похоже на магию подчинения, но с примесью ментального воздействия».
Я кивнул, хотя Лахтина, конечно, не могла видеть из пространственного кольца.
«Именно так и думал. Возможно, какая-то смесь магии подчинения и ментальной. Интересно было бы посмотреть, как они это делают…»
«Хочешь к ним в гости?» — в голосе Лахтины прозвучала ирония.
«Заманчиво, — признался я. — Уверен, у турок есть и другие секреты, которые можно перенять для моего рода. Хотя попасть туда непросто, разве что в плен…»
«А потом сбежать? — фыркнула Лахтина. — Это очень плохая идея. Поверь мне, я была в плену и до сих пор в нём нахожусь, пусть и добровольно».
«Вот и я о том же, — улыбнулся. — Возможности, которые нельзя упускать».
Отвлёкшись от разговора с королевой, начал раздавать беруши. Некоторые солдаты смотрели на них с недоверием, но большинство уже не удивлялись. За сегодняшний день они получили от меня столько невероятных вещей, что маленькие шарики для ушей были лишь очередным чудом.
— Вставляйте, — скомандовал им. — И не вынимайте, пока я не разрешу.
Бойцы повиновались, один за другим помещая шарики в уши. Эффект оказался мгновенным: взгляды прояснились, исчезла сонливость, которая уже начала затуманивать их сознание.
Я же намеренно не вставлял беруши, желая оценить эффект пения. И он оказался мощным. Чувствовал, как мой источник реагирует, пытаясь противостоять магическому воздействию. Было что-то завораживающее в этой мелодии, что-то… знакомое?
Прислушался внимательнее. Да, определённо! Я узнал в этом звуке ту же тональность, что использовал сам, когда подчинял монстров. Не точно такую же, но очень похожую. Вибрация, которая резонировала с магическим ядром, пыталась воздействовать на сознание.
Другие взводы вокруг нас уже начали поддаваться влиянию. Солдаты зевали, их движения становились медлительными, некоторые даже покачивались на месте, словно пьяные. Офицеры не могли заставить их сосредоточиться.
А мои бойцы стояли ровно, с ясными взорами и оружием наготове. Со стороны мы, должно быть, выглядели крайне странно: отряд абсолютно бодрых солдат с новым оружием посреди моря сонных, едва стоящих на ногах людей.
Я улыбнулся, наконец вставляя беруши себе. По моему сигналу взвод выстроился в боевые группы, как мы и планировали. Каждый знал своё место, каждый был готов."
"Из турецких окопов вдруг начали подниматься фигуры. Они двигались уверенно, не пригибаясь, словно понимали, что русские солдаты не смогут оказать сопротивление. И действительно, другие взводы едва шевелились.
— Ружья к бою, — скомандовал я, и мои бойцы синхронно подняли оружие.
* * *Через несколько минут командиры других взводов, зевая, пытались растолкать бойцов. Потребовалось какое-то время, и мы выступили. Не скажу, что бодро все, кроме нас.
