Вновь отсалютовав царевне, я задумчиво глядел на его затихающие шаги. Размышляя о том, где бы мне сейчас спрятаться в этой бесконечной войне, когда каждый уголок земли пронизан оружием и страданием. Мой мозг летал по разным путям, представляя различные возможности укрыться, забравшись глубоко, как только могло позволить фронтовое обстановка....
Похоже, «Двойник Короля 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Клыки пожелтели, но, судя по ощущениям, стали ещё острее — настоящие кинжалы во рту.
Хвост претерпел, пожалуй, самые разительные изменения. Раньше он напоминал тонкий крокодилий отросток, который Ам использовал разве что для удержания равновесия. Теперь же стал толще моей ноги и заметно длиннее, покрывшись острыми шипами по всей длине. Такой хвост мог одним ударом сломать человеку позвоночник.
Мышцы под чешуёй перекатывались волнами при движении, как у хорошо тренированного хищника. Когти на массивных лапах удлинились и заострились — каждый размером с мою ладонь.
Серая зона, где Ам провёл столько времени, явно пошла ему на пользу. А может быть, это всё из-за пространственного кольца? И тут до меня дошло, даже как-то обидно стало. Я понял, чем этот большой засранец питался внутри. Вот же собака прожорливая…
— Смотри, что мы делаем, — повернулся к мишке, откидывая все сентиментальные мысли в сторону. Сейчас не время для рефлексии о природе монстров и их эволюции. — У нас проблемы, и ты можешь помочь.
"«Мне можно повеселиться?» — обрадовался монстр.
«Да, но только ничего не делай людям, — мысленно остановил его. — Не калечь, не ешь, ничего не отрывай, не кусай, не… В общем, много НЕ. Ты понял?»
Как же расстроился монстр, что я возвёл целую клетку запретов. Вот вообще плевать. Пусть радуется, что выпустил. Мог бы и без него справится.
Коля смотрел на то, как мы мысленно разговариваем, и хлопал губами, будто выброшенная на берег рыба.
— Так, теперь следующая партия, — сказал я, приготовившись выпустить ещё двух своих подопечных. — Напомню: не переживай и не дёргайся, — повторил Коле.
Сначала возник папаша-паук. Он материализовался у стены, практически заполнив четверть комнаты.
Двенадцать глаз, расположенных на выпуклой голове, переливались всеми цветами радуги, изучая новое пространство. Паучьи лапы с металлическим скрежетом соприкасались с полом, оставляя на нём морозный след.
