Автор
Я нашла себя в необычной ферме, где каждая хозяйка была похожа на смертельную опасность. Глубокая тьма и холодный свет лунного светила создавали атмосферу ожидания судьбы. В моем ухе звучал голос тревожной целительницы, призывая на помощь. Передо мной стоял выбор: остаться в мире королей или продолжить новую жизнь как попаданка на ферме....
Доверять нельзя никому."
"Вейл пошел дальше, но за спиной послышались шаги. Он ускорил шаг. Выход из лабиринта был совсем близко, а выставлять себя параноиком, набрасываясь на случайного придворного с криком, что тот здесь делает и почему идет следом, не хотелось. Понятно, почему! Ведь именно этот путь кратчайший ко дворцу. Лабиринт высадили еще по приказу отца Вейла, и в детстве он и Кристиан выучили в нем каждый уголок.
И все-таки сердце Вейла стучало все чаще, чаще. Он стиснул зубы. Совсем уже измотал себя нервами! Вернется во дворец, отдаст детей Микаэле и забудет о них, о ней — обо всем этом!
Вейл свернул вбок, но человек, идущий следом, повернул следом.
Вейл вскинул руку, вовремя перехватывая запястье нападающего. Его лицо было скрыто под капюшоном, а фигура — под объемным теплым плащом не по погоде, который висел балахоном.
— Кто ты такой? Кто тебя послал? — прошипел Вейл.
Впрочем, еще секунда — и узнал бы сам, когда сдернул бы капюшон с головы! Но этот гад оказался проворнее! Он вывернулся и сам вцепился в Вейла. Они покатились по траве, осыпая друг друга ударами.
Вот только незнакомец решил сыграть по-грязному. Ведь украдкой подхватил кинжал.
…А ведь я не успел никому сказать, что передумал… Чтобы дети остались с Микаэлой. Их разлучат, ее отправят на остров Бедствий, их — в приют, и я уже ничего, ничего не мог с этим сделать!.
Глава 4
«Мне проще убить! — повторял себе Кристиан, пока шел по темному зеленому лабиринту. — Проще убить этого упрямого барана, чем переубедить его!»
Слишком просторный плащ был ужасно неудобным. Зато скрывал фигуру. Глубокий капюшон съезжал на глаза, мешался. А кинжал казался слишком тяжелым в повлажневшей от волнения руке. Кристиану до безумия хотелось повернуть назад, забыть свой отчаянный план! Но не повернул.
