Автор
В телефоне скрипит батарея, сердце колотится от волнения. Мама уверяет, что все в порядке с братцем, но я еще не могу признать это без проверки. Гипс на ножке Пары, моей младшей сестры, вызывает тревогу — недавно она случайно упала и сломала ногу. Дрожащими пальцами я наблюдаю за храбростью маленького Микаяша....
Зажмуриваюсь, как будто эта манипуляция скроет меня от мамы. Слышу грохот и распахиваю глаза, у мамы из рук выпадает лопатка, и она переводит на меня ошарашенный взгляд.
– Мариш, а, а что это значит? – показывает на телевизор.
Я уже не слышу, что там дальше говорит Таранов. Все внимание на маме. И вот как я теперь все ей объясню, чтобы окончательно не шокировать?
– Ма, – заламываю руку, – у меня не было выбора.
Мама несколько раз моргает и снова косится на экран. Там уже кто-то другой, не Таранов.
– Как это понимать? Ты его простила?
Мотаю головой.
– Нет, там не так все, – как сложно-то слова подбирать, – ма-а-а-а, я все расскажу сейчас. Только не накручивай себе ничего.
Из коридора доносятся шаги папы Саши, и я готова в этот момент заскулить от беспомощности. Пап Саша появляется в кухне с необъятными пакетами и обводит нас непонимающим взглядом. Мы с мамой не перестаем смотреть друг друга, а девчонки, кажется, замирают в предвкушении наших с мамой разборок.
– А что у нас с настроением? – нарушает отчим молчание.
"Мама отмирает первая и сосредотачивается на пап Саше.
– Марина помирилась с Наилем.
– Ну логично, раз она рассказала ему про детей. Что ж им теперь на ножах дальше общаться?
Мама мотает головой. Подбирает с пола лопатку и возвращается к плите.
– Нет, Сашуль, они решили дать своему браку второй шанс.
Отчим выгибает бровь и стреляет в меня нечитаемым взглядом. Вздыхаю и закатываю глаза.
– У меня не было выбора, ясно? – вскидываю руки, молюсь про себя, чтобы они меня услышали и поняли.
Отчим хмурится.
– Ну я пока как ничего не понимал, так и не понимаю. Ты можешь нормально все рассказать?
Упс, кажется, я его разозлила.
– Он узнал про девочек. Не от меня. И его это дико взбесило. Он поставил мне условие, что мы временно разыгрываем счастливую семью и он не трогает детей. Если я отказываюсь, то он начинает со мной бодаться, и я не исключаю, что в его силах отобрать моих девочек, – выдаю на одном дыхании. И плевать мне, как сейчас мы оба выглядим в глазах родителей.
– Поставил условие? – тут же встает в стойку отчим и чуть ли не начинает закатывать рукава. – И кто ему дал такое право?
Я пугаюсь, подскакиваю к отчиму и почти повисаю у него на шее.
– Пап, все нормально, я справлюсь. Тем более там ничего от меня не нужно будет. Ходить с ним по приемам, а мы это уже проходили, – улыбаюсь и надеюсь, что улыбка не выглядит приклеенной.
– Ну я ему устрою.
– Нет, нет, пап, я правда справлюсь сама.
