Тимофей вглядывается сквозь капли дождя, серое небо кажется еще более замшелым и холодным. Его тревога растет вместе со свистом стекла, но он решительно выгоняет бесполезные мысли: Лера дома, дети рядом, друзья не уйдут впереди. Свежий воздух и живительная реальность подавляют пессимизм, оставаясь ясным и уверенным как никогда....
Похоже, «Двойня в подарок-2. Семья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Да ну? — подрываюсь я с места.
— Тима, — раздается от двери испуганный голос жены. Повернувшись, как дурак, глазею на Леру в тоненьком халатике.
А Федор, дернувшись, как от удара, медленно поднимается с места. Губы растягиваются улыбке, а от глаз бегут мелкие лучики морщинок. Рад Анквист. Рад.
— Иди сюда, — подхожу я почти вплотную к жене. Обняв, киваю на Анквиста, остановившегося в полушаге: — Это твой родственник. Дядя Федя, — представляю с долей сарказма.
— Ой! Я вас знаю, — охает Лера и делает шаг из моих объятий.
— Валюха, — радостно тянет Анквист и поправляется на ходу: — То есть Лера.
И подступив почти вплотную, подхватывает мою жену на руки."
"— Поставь на место! — рычу я, не сдерживаясь. В голову бьет от ревности. — Себе найди и таскай. А мою не трожь.
Глава 45
— Обними меня, — умоляет Лера, как только мы заваливаемся в койку. Прижимается ко мне и шепчет с придыханием: — Покрепче, Тима. Пожалуйста!
Вдавливаюсь в мягкое тело жены. Одной рукой прихватываю попу. Головой утыкаюсь куда-то в ключицу жены и хриплым голосом признаюсь:
— Люблю тебя, Лерочка.
— Больно мне, Тима. Очень больно, — признается она порывисто. — Странная история и очень дурно пахнет. Зачем человека брать в семью, громко объявить своей дочерью, лишить любви и поддержки близких. Терпеть и тихо ненавидеть? Зачем?
Сердце сжимается от боли. А душа разрывается от ярости. Выдыхаю, боясь сорваться. Сейчас важнее успокоить любимую.
— Ну мало ли, какая каша у идиотов в головах, малыш? — откатываюсь я, увлекая за собой жену.
Вздыхаю тяжко, прокручивая в голове любые, самые фантастические версии. Но ни за что не выдам Лере правду. Донор, блин! Маленькую девочку лишили семьи и поселили рядом, чтобы всегда была под рукой.
Стараюсь припрятать злость куда подальше. Дышу ровно, неспешно глажу жену по спине, а у самого глаза подергиваются кровавой пеленой. Попался бы мне сейчас Лерин отец, башку бы снес не задумываясь. Это я перед Богданом красовался. Закон! Только закон!
По закону как раз все правильно. И никакой закон Ольге не пришьет умышленное. Разве что по неосторожности.
Есть закон, а есть и понятия. Но там Федя сам разберется.
