Автор
В дверях дома молчаливо стучится молодая женщина. Она звонит родителям за помощью, ведь ни друзей, ни знакомых не осталось после развода. Олигарх Двойняшки знает, как важно быть в курсе всех событий, и каждый вызов срочнее других.
Но мы сделали практически невозможное! Пробились на консультацию, сдали необходимые (и очень дорогие) анализы и убедились в том, что дети не аллергики. От слова ""вообще""!
— Вас в детском саду чем-нибудь угощали? — всматриваюсь в милые лица своих малышей. — Может быть вы решили попробовать что-то?
Волнение держу под контролем, успокаиваю себя тем, что у детей ничего не болит, их ничего не беспокоит. Температуры тоже нет. Только вот хитринка в детских глазах не даёт мне покоя. Такое ощущение, что моя малышня что-то скрывает.
Ладно! Сейчас поднимемся в офис и посмотрю на эту странную сыпь. А уже потом пойму, что дальше делать!
— Все! Мы на месте! — обращаюсь к детям, когда заходим в просторный светлый холл. — Вести себя смирно! От меня не отходить ни на шаг!
Алина и Дима крепче сжимают мою руку, я держу детей ближе к себе. Но в офис так просто нас не пропускают. Охранники на проходной упираются и ни в какую даже слушать меня не хотят.
— Пожалуйста! — едва не молю сурового молодого человека, что стоит у турникетов.
Время практически на исходе. Мне нужно попасть в офис! Срочно! Секретари уже оборвали мой телефон!
— Пожалуйста! — добавляю ещё раз. Ещё немного и в глазах появятся слезы. Отчаяние поднимается в груди.
— Запрещено! — отвечает холодным тоном. Охранник безэмоционально смотрит на нас.
— Что мне делать, чтобы вы пропустили? — в кармане снова вибрирует телефон.
— Заказывайте пропуск, — кивает в сторону стойки с секретарями.
Ух! Да чтоб тебя! Злость так и распирает мою грудь.
— Дети, идём, — обращаюсь к малышам. Те покорно движутся следом.
Подходим к стойке, встаём в очередь. Перед нами экскурсионная группа из десяти человек.
— Мама, а почему нас дядя не пускает? — интересуется Дима. Только начинаю отвечать сыну, как меня перебивают.
— Юля?! — звучит невероятно удивлённо. Я узнаю этот голос. Все внутри начинает дрожать.
1.3
— Матвей Валерьевич? — смотрю на стоящего перед собой мужчину.
От мужчины по-прежнему тянет холодом, но враждебности я вроде бы не ощущаю, поэтому понемногу начинаю выдыхать. Он смотрит на нас с детьми заинтересованным взглядом.
Исполнительный директор здесь один, Александра Викторовича рядом не наблюдается и это радует. Не представляю, как бы выкручивалась, окажись с ним генеральный.
Матвей Валерьевич, не скрывая любопытства, изучает моих детей.
