Автор
В дверях дома молчаливо стучится молодая женщина. Она звонит родителям за помощью, ведь ни друзей, ни знакомых не осталось после развода. Олигарх Двойняшки знает, как важно быть в курсе всех событий, и каждый вызов срочнее других.
— Тактичность и порядочность никто не отменял! Вы позволяете другим детям слишком много по отношению к моим! И если вы считаете, что я буду молчать, то вы очень глубоко заблуждаетесь! Да, у Алины и Димы в графе «отец» стоит прочерк, но я их мать! И за своих детей я порву! Вы поняли меня?!
На том конце провода стоит звенящая тишина. Видимо «заслуженный воспитатель» не может подобрать слов после моего выпада. Она привыкла, что я все время молчу и не лезу. После того, что мне рассказали мои дети, больше я не стану молчать!
Нужно будет пройти к заведующей детского сада, так я сделаю это! В управление образования? Да без проблем! А если нужно, я ещё и в управление образования области напишу! На всевозможные ресурсы напишу!
Ещё моих детей с грязью не смешивали!
— Так что? — наседаю.
Ухх! Как же я зла! Аж всю трясет от переизбытка эмоций.
— Юлия Андреевна, — поникшим голосом обращается ко мне женщина. — Я поговорю с детьми. Подобного больше не повторится.
"— Разговаривать нужно не с детьми, а с их родителями! — продолжаю настаивать на своем. — Я же обращусь к заведующей детского сада. Пусть она мне объяснит, почему Алина и Дима подвергаются травле со стороны взрослых! Даже не детей! Детям в группе родители запрещают дружить с моими!
— Пожалуйста, не нужно обращаться к заведующей! — слезливо просит меня Ираида Вахтанговна. — Я все решу!
— А у вас выбора нет! — ухмыляюсь со злостью. — Иначе с работы вылетите как пробка!
— Юлия Андреевна! — произносит осуждающе.
— Поверьте, — хмыкаю. — Я ещё даже не начинала! — облокачиваясь на подоконник, смотрю в окно.
— Я вас услышала, — произносит покорно.
— Надеюсь, заводить подобный разговор мне пришлось в первый и в последний раз! — рычу. — Если ситуация повторится, то я даже не буду тратить свое время на вас и обращусь гораздо выше. А там, уж поверьте, к словам матери-одиночки отнесутся со всем уважением!
— Не переживайте! Ваших детей больше никто не обидит! — заверяет с жаром.
— Конкретно к вам больше нет, — говорю сжато и сухо. — У меня стоит вопрос насчёт компетенции медицинской сестры, что находится в детском саду. Но об этом я уже буду разговаривать не с вами!
— Может быть я могу вам чем-то помочь? — продолжает подхалимничать мне. Фу, блин! Противно!
— Сыпь на коже была нарисованной.
