Автор
В дверях дома молчаливо стучится молодая женщина. Она звонит родителям за помощью, ведь ни друзей, ни знакомых не осталось после развода. Олигарх Двойняшки знает, как важно быть в курсе всех событий, и каждый вызов срочнее других.
Человек, посаженный в кабинет Юли и Светы, тоже прекрасно осведомлен, под кого копать, что и где искать.
Сейчас, когда все складывается, как детский конструктор, кубик к кубику, я понимаю, ради чего пахал столько лет. Ловушка схлопывается и те, кто в нее попали еще сами того не подозревая, уже не выберутся.
— Гордишься собой? — по-дружески прикалывается Мэт, пока едем в мою новую компанию.
— В отпуск хочу. Не затягивай там, ладно? — прошу друга.
— Пара недель, Раф. И мы станем самыми богатыми холостяками этого города и далеко за его пределами.
— Завтра поеду с утра. Сегодня не успею уже.
Добираемся до места. Поднимаемся на последний этаж. Народ при виде высокого руководства подтягивается, выпрямляется, напрягается и начинает работать. Ахметов у себя. Матвей идет к аудитору проверять отчеты, а я к «крысе».
Захожу без стука. Эта мразь тискает свою секретаршу прямо на столе.
— Уволена, — обозначаю свое присутствие.
— Рафаэль Закирович, — краснеет и быстро поправляет одежду телка, — не надо, пожалуйста.
— Еще скажи, что он тебя заставил.
Ахметов прячется за ней и вжикает ширинкой. Крыса, он и есть крыса. В любой непонятной ситуации прячется в нору. В данном случае за бабу. И ведь только что имел ее, а сейчас даже не собирается спасать.
— Я выхожу отсюда и больше не вижу тебя на рабочем месте. Поняла? Свою зарплату за этот месяц спрашивай у Александра Викторовича. Я тебя оштрафовал за нарушение трудовой дисциплины.
— Рафаэль Закирович, но как же… я месяц бесплатно отработала?
— Если я начну проверять еще и то, как ты работала, тебе придется продать квартиру, чтобы вылезти из долгов по штрафам. Вон пошла!
Девушка обходит меня. Слышу, как набирает в грудь воздух, задерживает, явно желая высказаться, но благоразумно выдыхает и выходит из кабинета лишь громыхнув дверью.
— Сурово вы с ней, Рафаэль Закирович, — Ахметов откровенно паникует.
— Ты надеешься, что с тобой будет мягче? — скептически приподнимаю бровь.
Так же, как и я недавно, Матвей заходит в кабинет без стука. От его выражения лица даже мне становится не по себе. Ахметов бледнеет и прижимается к стене. Да уж… Мэт умеет пугать людей. А пугливую крысу спугнуть вообще не хрен делать. Лишь бы не обделался.
— Мы только начали проверять, а уже нашли столько всего интересного.
