Автор
Любопытная ледишка Лиззи замерла над площадью среди туч и мерцающих огней. Мы же тоже приостановились, словно окаменевшие санки — такие неуклюжие летом, а зимой — торжественные драконы. А она спрашивает: "А что это, мама?" — вставляя в эту тихую зимнюю мелодию вопрос, как звон на льду....
Прошипела:
— Уходи отсюда. Уходи… и больше никогда не возвращайся!
В конце фразы я сорвалась на крик, указывая ему в сторону двери. Тот поджал губы.
— Что ж, теперь ты больше не будешь страдать от того, что не способна быть ради благополучия детей достаточно смелой.
— Пошёл вон! — истерично прокричала я.
Рен развернулся, сбежал вниз по лестнице, и через несколько секунд мы услышали хлопок двери.
На шум стали стягиваться наши друзья. Да, за эти дни мы стали больше, чем сотрудниками. Даже Марианна подошла ко мне и ласково погладила по плечу, не говоря ни слова.
— Пойду заварю мятный чай, — проговорила Майя и пошла вниз, на кухню.
Я обернулась. Дети крепко прижимались к дракону, который молча пошёл с ними в мою комнату. У меня опустились руки. Я осела на пол, и по щекам моим потекли слёзы. Марго, которая знала обо всём с самого начала, села рядом и долго утешающе гладила меня, но пути назад уже не было.
Наконец, собравшись с силами, я вошла в свою спальню.
— Вовзвращайтесь к работе, рейна Брук, — велел Эридан, прежде чем покинуть комнату.
Я кивнула и, дождавшись, когда он уйдёт, утёрла новые подступившие слёзы.
***
В последующие дни мы не возвращались к этому вопросу. Я помогала всем, кому могла, взвалив на себя максимум обязанностей. Дело спорилось.
Вокруг царило праздничное настроение. Я подписывала открытки-приглашения всем известным личностям округи, чтобы те бесплатно провели пару дней в стенах нашего нового отеля и насладились сказочной тишиной. Гремальд должен был слетать в Стендон и отдать приглашения курьеру. Конечно, мы оповестили всех заранее, но ещё не были уверены, что успеем закончить первый этап ремонта вовремя, и теперь уже в путь отправились официальные пригласительные билеты.
Пришло время покидать поместье. На сердце было тяжело, и молчание Эридана угнетало. Несколько раз я подходила к нему, пытаясь снова заговорить о детях, но он тут же вспоминал про очень важные дела и уходил от разговора. Либо просто делал вид, что не слышит.
Отчаяние постепенно захватывало меня.
