Автор
Новый директор оказался драконом и отцом её детей, о которых не должен был узнать. Теперь ей предстоит превратить заброшенное поместье в прибыльный отель, скрывая от Эридана правду о близнецах. Но в горной деревне Такли их прошлое настигает их с неумолимой силой.
А когда вошла, то невольно расплылась в улыбке: в печи действительно плясал огонь, быстро наполняя теплом помещение, а оба малыша сидели на корточках перед печкой, и шубы их были расстёгнуты.
— Получилось? — выдохнула я.
— Благодаря вашим детям, рейна Брук, — улыбнулся дракон, который тоже сидел на корточках перед печью и осторожно шерудил в очаге кочергой. — У них невероятная сила.
Я немного смутилась. Но не успела ничего ответить, потому что раздались шаги, и в дверь сунулся Гремальд. Он осторожно вошёл боком, а в руках у него была огромная груда постельных принадлежностей.
— Живём, товарищи! — весело произнёс он. — Куда это нести?
Я взглянула на Раиля, который уже клевал носом и с трудом удерживал взгляд закрывающихся глаз на пламени.
— Давай пока постелим на печи и уложим детей спать, — предложила я. — Потом уберём в соседней комнате, которая граничит с печью. Кровати расположены как раз у этой стены, — я подошла к стене, у которой стояла печь, и постучала по ней ладонью. — Там можно будет заночевать.
— Как скажете, рейна Брук, — бодро отозвался Гремальд, и с помощью Ассандра быстро разложил на печи матрас, добавив сверху три перины, сложенные одна на другую.
— Так, мои хорошие, — я подхватила Раиля под мышки и усадила его на печь. — Пора баиньки.
Спустя минуту Раиль уже свернулся клубочком на печи, а Лиззи, наблюдая за тем, как я стягиваю с неё валенки, потёрла глаза.
— А чёрный дяденька будет с нами спать? — спросила она сонно.
— Думаю, у него ещё много дел, моя сладкая, — ответила я. — Ложись, я спою тебе песенку.
— Только тихо, мама. Раиль уже спит."
"Гремальд хмыкнул и, подхватив оставшиеся постельные принадлежности покинул кухню. А Ассандр закрыл печь затворкой и прислонился плечом к её всё ещё белой стене. Его внимательный взгляд скользил по мне, и от этого становилось не по себе, но всё же, пока я пела детям колыбельную, подтыкая одеяло, он не проронил ни слова и ни звука.
Лиз тоже быстро уснула. Оба вымотались за день без привычного обеденного сна и теперь сладко сопели, согреваясь под большим одеялом. Последний раз убедившись в том, что дрова в печи лежат далеко и затворки закрыты надёжно, я тихо пошла к выходу из кухни.
Ассандр пошёл следом. И стоило двери кухни закрыться, как он резко поймал меня за запястье и, сузив глаза, спросил:
— Чьи это дети?
— Мои, — моргнув, ответила я, словно не поняла, к чему он клонит.
— Кто. Отец? — прочеканил он, и голос дракона стал более низким и угрожающим,
Я выдохнула.
