Автор
В помещении скрытая тень от кричащих свечей и затаившиеся шепотки наполняют атмосферу тревоги. Судя по выражению лица начальника, что-то серьезное произошло в компании — он выглядел не просто задумчивым, а как бы готовым к непредвиденным переменам. Я уже напряглась от его предыдущего сообщения о "изменениях" и теперь жду более конкретной информации, что меня, казалось бы, ожидают большие перемены в структуре компании....
— Может быть, мне кто-нибудь поможет? — мурлыкнула, скинув на стол блузку, повернулась к ним спиной и тут же почувствовала мягкое касание пальцев. Антон провёл ими вдоль моего позвоночника и лишь затем расстегнул крохотный крючочек. Прижался губами к моему плечу, к тому местечку, где была едва заметная родинка. Обхватил огромными ладонями мой живот, поцеловал в шею.
— Я плохо о тебе забочусь, милая?
— Очень плохо, — откинулась на него, наслаждаясь прикосновениями рук к телу, его запахом, звуком голоса. — Совсем не заботишься…
Почувствовала усмешку.
— Думаю, мы это исправим, — прошептал сипло, прикусывая мочку уха.
Я прижалась к нему спиной, наслаждаясь поглаживаниями, понимая, что завожусь уже слыша голос. Языком Антон провёл по чувствительному местечку у меня за ухом, тронул губами раковинку и, откинув с шеи волосы, принялся целовать.
Из-под ресниц я взглянула на Дениса. Теперь он смотрел на нас: жадно, окуная меня в чёрные языки пламени, усиливая и без того пружиной натянувшееся внутри желание.
— Ты так и будешь смотреть? — спросила тихо, когда он, всё так же не сводя с меня взгляда, принялся поглаживать свой член. На губах его появилась демоническая усмешка, пламя взгляда — чёрное, сжирающее меня, стало ещё яростнее.
Не говоря ни слова, он сделал шаг к нам.
"— Это нам не нужно, — Антон расстегнул молнию на моей юбке, и она моментально упала вниз. Следом скользнули трусики. С силой обхватив мои ягодицы, Антон сжал их, шумно выдохнул и укусил меня за плечо. Усмехнулся, потеревшись щетиной и провёл пальцами по ложбинке между.
— Какая же у тебя шикарная задница, Аня, — сминая, он целовал меня в шею.
Язык его скользил по коже, вызывая во мне бесконечные мурашки, заставляя теряться в охватившем меня желании стать ещё ближе. Кровь, разгорячённая, бежала по венам, сердце стучало, как это бывало всегда, стоило мне оказаться с ними обоими, между ног было влажно.
Денис обхватил одну грудь и так же, как и его младший брат, принялся мять.
