Автор
Филипп Уитворт обводит взглядом лежащие на столе бумаги, когда в кабинете вице-президента компании раздается шаркающая по коричневому паркету подошва. Взгляд Филиппа задерживается на тонкой темно-красной кожаной спинке кресла, перед которым он сидит. "Ну? - нетерпеливо спросил он, возвращаясь к делу."...
Я хочу, чтобы мерзавец разорился уже через год.
С размаху бросив трубку на рычаг, Ник поспешил вернуться в зал заседаний. Председатель взглянул на него с плохо скрытым укором.
– А теперь, я могу продолжать?
Ник коротко кивнул. Он старательно вникал в содержание следующих трех пунктов и затем голосовал. Однако по мере того, как утро сменялось днем, а день – ранними сумерками зимнего вечера, ему становилось все труднее сосредоточиваться на делах.
Восемь кварталов! Почему охранники не позволили ей взять пальто? Ник отлично помнил ее легкую шелковую блузку, поскольку сам расстегивал ее пуговицы, намереваясь разоблачить девушку и в прямом, и в переносном смысле – что ему, собственно, удалось.
– Ник, – председателю пришлось повысить голос.
"Ник очнулся от созерцания окна. Господи, какое предложение они тут обсуждают?
– Хотелось бы узнать о нем подробнее, прежде чем я приму решение, – уклончиво заявил он.
На него воззрились семь пар изумленных глаз.
– Ник, это ваше собственное предложение, – нахмурился председатель. – Вы сами его писали!
– Тогда, естественно, я «за», – холодно сообщил он.
Комитет в полном составе отужинал в одном из самых элегантных ресторанов Чикаго.
