И ничего не могу обещать. Рисанд — Высший Лорд. И я служу его двору.
Тарквин опустил взгляд на пол.
— Извини меня, что был так напорист. Я все еще учусь, как играть в игры дворов — к огорчению моих советников.
— Я надеюсь, что ты никогда не научишься играть в эти игры.
Тарквин посмотрел мне в глаза, на его лице было осторожное, но несколько мрачное выражение.
— Тогда позволь задать тебе прямой вопрос. Это правда, что ты ушла от Тамлина, потому что он запер тебя в своем доме?
Я постаралась отогнать воспоминания, ужас и страдания моего разбитого сердца. Но я кивнула.
— И это правда, что ты была спасена из заточения Ночным Двором?
Я снова кивнула.
— Весенний Двор — мой южный сосед. У нас с ними тесные связи. Но если меня не спросят напрямую, я не упомяну, что ты была здесь.
Вор, лгунья и манипулятор. Я не заслуживала союза с ним.
Но я склонила голову в знак благодарности.
— Покажут ли мне и другие коллекции сокровищ?
— Золото и драгоценности не достаточно впечатлили тебя? Что же твой глаз торговца?
Я постучала по шкатулке.
— О, я получила то, что хотела. Сейчас мне любопытно увидеть, насколько ценен союз с тобой.
Тарквин засмеялся, звук отразился от камня и сокровищ вокруг нас.
— Я в любом случае не горел желанием идти сегодня на свои заседания.
— Какой безрассудный, непослушный юный Высший Лорд!
Тарквин снова взял меня под локоть, поглаживая мою руку и выводя из комнаты.
— Знаешь, я думаю, что тебя тоже было бы очень легко полюбить, Фейра. И еще легче стать твоим другом.
Я заставила себя смущенно отвернуться, пока он запирал дверь позади нас, положив ладонь на поверхность над дверной ручкой. Я услышала щелканье замков, скользящих на свое место.
Он привел меня в другие комнаты под замком — одни заполненные драгоценностями, другие оружием, третьи одеждой предыдущих эпох. Он показал мне одну, что была заполнена книгами, и мое сердце ёкнуло, но там ничего не оказалось. Ничего кроме кожи, пыли и тишины. Никакой струйки силы, что была бы похожа на мужчину рядом со мной — ни намека на книгу, которая была мне нужна.
Тарквин привел меня в последнюю комнату, полную ящиков и стеллажей, завешенных тканью. И когда я увидела все произведений искусства, маячащие за открытыми дверьми, то сказала:
— Я думаю, что увидела достаточно на сегодня.
Он запер комнату и не задавая вопросов отвел меня обратно на гудящие, залитые солнцем верхние этажи.
Должны быть другие места, где она может храниться. Если только она не находится в другом городе.
Я обязана была найти ее. Скоро. Рис и Амрен не могли растягивать свои политические дебаты вечно, и рано или поздно нам придется вернуться домой. Я только молилась, что найду ее достаточно быстро — и не буду ненавидеть себя за это еще больше, чем сейчас.