Автор
В Дворе Тумана и Ярости ты будешь очарован черной силой, обманувшей смерть ради мира. Кровь — как гладкое стекло среди беспорядка, пролитая в тени невидимых глаз. Здесь каждый шаг ведет к открытию самой темной части человеческой души.
Конечно, за определенную для него награду, но сейчас это не имеет значения. И благоразумнее работать со мной и моими людьми, чем позволить твоим монстрам в Ночном Дворе править и нападать. Юриан оказался прав, предупредив их королевские Высочества о том, что ты попытыешься забрать Книгу, что будешь скармливать им ложь о любви и доброте, когда он самолично видел, на что способен Высший Лорд Ночного Двора. Он герой для людей, возрожденный, как жест доброй воли людскому миру. Я не желаю захватывать континент, но хочу сотрудничать с ними.
Он ухмыльнулся в сторону Азриэля, который еле мог поднять голову, чтобы огрызнуться в ответ:
— Столь впечатляющие попытки, чтобы проникнуть в их священный дворец, Говорящий с тенями, и конечно же абсолютное доказательство их королевским Величевствам, что ваш Двор не на столько доброжелателен, каким кажешься ты.
— Лжец! — зашипела я и резко повернулась к королевам, посмевшим остановиться всего в шаге от Риса.
— Вы слышите эти угрозы, этот язык, который они используют в Ночном Дворе? — спросил король у смертных королев, в то время как их охрана обступила нас полукругом. — Кровопролитие, ультиматумы… Они желают убивать. Я мечтаю дать им это.
Старшая королева ответила ему, отказываясь принять во внимание меня или мои слова:
— Тогда покажи нам доказательство существования того дара, о котором упоминал.
Рисанд прижал меня к себе и тихо сказал королеве:
— Ты дура.
Король вмешался:
— Разве? Зачем покоряться старости и болезням, когда то, что я предлагаю, намного лучше? — он махнул рукой в мою сторону. — Вечная молодость. Ты отрицаешь ее преимущества? Смертная королева станет той, кто будет править вечно. Конечно есть риски: перевоплощение может быть… затруднительным. Но человек с сильной волей может выжить.
Самая младшая, темноволосая, королева слегка улыбнулась. Надменная молодость и жестокая старость. Только другие две королевы, которые носили черное и белое, казалось, сомневались, придвигаясь друг к другу и их неприступной охране.
Древняя королева подняла подбородок:
— Покажи нам. Докажи, что это возможно, что это безопасно, — она говорила о вечной молодости в тот день, выплюнув мне это в лицо. Двуличная сука.
