Автор
В Дворе Тумана и Ярости ты будешь очарован черной силой, обманувшей смерть ради мира. Кровь — как гладкое стекло среди беспорядка, пролитая в тени невидимых глаз. Здесь каждый шаг ведет к открытию самой темной части человеческой души.
Пять часов спустя, а он выглядит таким же свежим, как и утром.
Я предположила, что это связано с его вернувшимися силами. Мало, что его теперь утомляет.
Водное привидение ступило ближе, ее перепончатая когтистая нога была ярко-серой. Люсьен стал между нами.
Вот почему он стоял возле меня на возвышении.
Я стиснула зубы. Кто, по их мнению, нападет на нас в нашем собственном доме, на нашей земле, если только они не были уверены, что Хайберн готовит нападение? Даже Ианта перестала бормотать в конце зала, внимательно наблюдая за встречей.
Вероятно, беседа будет не такой как другие."
"— Пожалуйста, Высший Лорд, — говорила фейри, кланяясь так низко, что ее чернильного цвета волосы касались мрамора. — В озере не осталось больше рыбы.
Лицо Тамлин было словно гранит.
— Несмотря ни на что, вы обязаны заплатить. Корона на его голове мерцала в дневном свете. Украшенная изумрудами, сапфирами и аметистом, золото было выплавлено в форме первых весенних цветов. Одна из пяти корон, принадлежащих его роду.
Фейри вытянула вперед руки, но Тамлин перебил ее.
— Никаких исключений. У тебя есть три дня, чтобы преподнести то, что ты должна — или в два раза больше во время следующего Оброка.
Это было настоящей пыткой удержаться от взгляда на непреклонное лицо, на безжалостные слова. В конце зала, Ианта кивнула в знак подтверждения непонятно кому.
Водным призракам нечего есть — как он думает, она принесет ему еду?
— Пожалуйста, — прошептала она сквозь заостренные зубы, ее серебристая кожа заблестела, когда она начала дрожать.
Лицо Тамлина не дрогнуло.
— У тебя есть три дня..
— Но у нас нет золота!
— Не перебивай меня, — сказал он. Я отвела взгляд, не в силах выдержать это безжалостное лицо.
Она еще ниже склонила голову. — Прошу прощения, мой Высший Лорд.
— У тебя есть три дня до выплаты, или приноси в два раза больше в следующем месяце, — повторил он. — Если ты этого не сделаешь, тебе известны последствия. Тамлин махнул рукой в знак разрешения уйти.
После последнего, лишенного всяких надежд взгляда, она вышла из зала. Когда следующая фейри — с козлиными ногами и держащая нечто, напоминавшее корзинку с грибами — терпеливо ждала приглашения подойти к возвышению, я повернулась к Тамлину.
— Нам не нужна корзинка рыбы, — прошептала я. — Зачем заставлять ее вот так страдать?
Он взглянул туда, где отошедшая в сторону Ианта позволяла существу пройти, ее рука покоилась на жемчужном поясе.
