Пролог. Шагнув в портал, последнее, что я услышал, — свист умирающих. Затем тьма и невыносимая боль, как если бы моя душа разбирали на составляющие и складывали обратно. В этот мир меня привезло время, и теперь я осознаю собственную жизнь параллельно в двух мирах: старом и новом. Партизанский дух тлеет внутри меня, готовый в любую секунду взорваться....
Подумал, а потом задал собеседнице вопрос:
— Скажите, а Вы можете продать мне некоторых своих крепостных? Из тех, кого я выберу?
— Зачем Вам? — Спросила графиня, сразу изменившись и став построже.
— Буду учить их обращаться с оружием и делать из них партизан. — Ответил я, и с интересом стал наблюдать за гаммой эмоций, промелькнувших на её лице.
Она немного подумала и начала отвечать:
— Я не хочу отдавать своих людей в солдаты. Не хочу принести им горе.
Пришлось её перебивать, иначе договорится до чего-нибудь не того.
— Вы неправильно понимаете мои слова. Я не собираюсь делать из них солдат и передавать этих людей на службу после освобождения земель. Наоборот, я собираюсь по окончании войны дать им вольную и отпустить на свободу. Конечно, риск гибели для них большой, но и выгода может быть немалой.
Графиня странно на меня посмотрела и сказала:
— В таком случае можете набрать нужных вам людей просто так.
Но нет. Если уж я ввяжусь в это дело, то люди, которые будут у меня в подчинении, должны быть моими, и никак иначе. Не хочу зависеть от переменчивого настроения этой дамы. Мало ли что ей взбредет в голову завтра? Конечно, все это я не стал ей говорить, просто повторил:
— Либо я куплю этих людей с выправлением всех необходимых бумаг, либо просто забудем об этом разговоре.
Она пожала плечиками и ответила:
— Хорошо. Хотите купить — покупайте.
Хорошо хоть не сказала — нищему тратить. Вообще сегодня она какая-то слишком покладистая, даже странно. Хоть и не было особо необходимости вставать, но и лежать я не смог после таких-то договорённостей. Я поднялся на ноги. Как-то так получилось, что графиня в это время тоже решила встать. Мы не поняли, каким образом оказались настолько близко друг к другу. Руки сами по себе легли на её талию, а она ни с того ни с сего прикрыла глазки, чуть приоткрыла ротик и приподняла голову, как будто ожидая поцелуя.
— Она хочет, чтобы я её поцеловал?
Следующая была совсем нереальной:
— Может в прошлый раз понравилось, и она на меня запала?
Я даже на мгновение потерялся, но успел ещё подумать:
— Пофиг, нравится мне эта девчонка.
Впился в её губы, как голодающий в кусок свежего хлеба.
