Мрачная и призрачная комната, заполненная светом луны, погружает читателя в мир таинственности и неопределенности. Светлые занавески веерами поднимают сухие травы и цветы за окном, их благовонные ароматы нежно окутывают комнату. Читаешь, пребывая на пороге отчаянной борьбы с неизвестностью и страхом, когда тело мгновенно реагирует на прикосновения холодных рук в тепле мужчины....
На лице брейда появилось удивление. Он даже замер на мгновение.
– Лоран, ты куда уставился? – спросил меня Кайл.
В замешательстве посмотрела с брейда на него."
"– Лоран?! – спросил меня Харн.
Тогда я достала блокнот и написала: «Просто поздоровался с брейдом».
– Ты его видишь?! – удивился Харн, который подошёл ко мне и прочитал, что я пишу. Как-то неожиданно я оказалась под перекрёстными взглядами трёх пар глаз.
«А вы разве нет?» – чуть дрожащей рукой написала я, уже понимая, что выдала себя. Я настолько привыкла видеть брейдов, что забыла, что обычно они показываются перед хозяевами лишь при знакомстве.
Я готова была застонать от своего промаха, но потом одёрнула себя. Вот Тень их тоже видит – и что теперь? Значит, это хоть и редкое качество, но ничего странного в этом нет.
– Сейн, проявись! – приказал Харн, посмотрев в сторону стола. В глазах брейда проскользнула какая-то тень, но он подчинился.
Кайл окинул того взглядом, рассматривая с ленивым интересом.
– А у моего шерсть с рыжим отливом, – сообщил он.
«Рыжий для рыжего», – почему-то промелькнула у меня глупая мысль.
– Теперь исчезни, – сказал Харн, потом перевёл взгляд на меня: – Ты его видишь?
Мы с брейдом посмотрели друг на друга, и я кивнула.
– Даг, у меня уже вызывают раздражение сюрпризы твоего подопечного! – заявил рыжий, а Харн задумчиво смотрел на меня.
И под его отстранённым взглядом я почувствовала себя голой, выставленной на всеобщее обозрение.
Не надо было сюда приходить!
Неожиданно взгляд опекуна смягчился, мне даже дышать стало легче. Как будто до этого момента стальной обруч сдавливал мне грудь, мешая дышать.
– Если бы не его сюрпризы, тобой бы поужинали умертвия, – ответил на выпад рыжего он, не отводя от меня глаз.
Он меня защищает?! После его холодности, это было чем-то удивительным и неожиданно приятным. От этого даже голова на краткий миг закружилась, стало легко-легко. С трудом оторвав свой взгляд от его глаз, воспользовалась тем, что он стоял рядом, и написала, по секрету показывая ему: «Он рыжий. Неблагодарность – его второе имя».
