В глубоких улицах старого города дым без огня накрывало все вокруг, казалось, что каждый дом прячется за обёрткой тусклой завесы. Я вскрикнула и отстранилась — но было уже поздно. Мое скрипучее пальто не могло выдержать новое испытание, воткнувшись в грязь прямо как перчатка, покрытая мерзкими потеками. Ах ты... — пробормотала я, заметив что извозчик — мужичок средних лет с пропитанной внешностью — мне улыбнулся злорадно через плечо....
По-моему, он не допускает даже и мысли, что кто-то может быть не согласен с его решением.
Возможно, и в самом деле стоило пройти мимо той подворотни. Зачастую помощь другим может выйти боком для тебя.
«Ладно, хуже быть все равно не может», — подумала я, силясь успокоить себя столь незамысловатыми словами.
И, как выяснилось позже, еще никогда я не ошибалась так сильно!
* * *Я поняла, насколько сильно проголодалась, только войдя в обеденный зал и полной грудь вдохнув аппетитные запахи, витающие в воздухе этого помещения.
Рот мгновенно наполнился голодной слюной. Я жадным взглядом уставилась на стол, сервированный на две персоны. Ого, даже не думала, что удостоюсь подобных почестей. Если честно, я ожидала, что лорд Бейрил прикажет накормить меня где-нибудь на кухне, где мне нальют тарелку супа, дадут какую-нибудь черствую краюшку, а после вежливо намекнут, что пора бы и отбыть восвояси.
Сам лорд Бейрил сидел во главе стола и задумчиво постукивал длинными холеными пальцами по белоснежной скатерти.
"К слову, лорд успел переодеться. Теперь на нем была свободная рубаха навыпуск и темные узкие штаны. А вот переобуться Томас не удосужился, поэтому на его ногах по-прежнему красовались мягкие удобные тапочки.
— Альберта, вы чудесно выглядите, — промурлыкал он, глядя на меня таким восхищенным взглядом, что мне невольно стало не по себе.
Что ему от меня нужно, спрашивается? То за руки хватал, теперь пришел черед льстивых и, увы, безнадежно лживых комплиментов.
Дело в том, что мое платье еще не успело высохнуть после чистки, и служанка принесла мне чужую одежду. Сама она так и не ответила на мои настойчивые вопросы, откуда в доме лорда взялось женское платье.
Меня удивило то, насколько впору пришелся этот наряд. Строгий жакет темно-синего цвета удивительно шел моим серым глазам, придавая им голубоватый оттенок.
И все-таки, несмотря на все свои достоинства, этот наряд имел очень важный недостаток: он принадлежал другой девушке и шился по чужому заказу. Сказать, что мне было неловко в этом платье — значит, не сказать ничего.
