В глубоких улицах старого города дым без огня накрывало все вокруг, казалось, что каждый дом прячется за обёрткой тусклой завесы. Я вскрикнула и отстранилась — но было уже поздно. Мое скрипучее пальто не могло выдержать новое испытание, воткнувшись в грязь прямо как перчатка, покрытая мерзкими потеками. Ах ты... — пробормотала я, заметив что извозчик — мужичок средних лет с пропитанной внешностью — мне улыбнулся злорадно через плечо....
Вдруг грабитель решил не откладывать дело в долгий ящик и разворошил сумку прямо здесь, понял, что ничего кроме платьев и перемены белья там нет, и выкинул скромную добычу, чтобы не обременять себе руки. Ему женские тряпки, которые к тому же нельзя назвать дорогими или новыми, явно ни к чему. А вот я лишний грошик сэкономлю.
Но, увы, мой взгляд лишь впустую скользнул по каким-то тюкам, стоящим прямо в лужах загадочной зловонной жидкости. Затем я посмотрела чуть дальше, где проход между домами упирался в другую улицу, и увидела…
Я нахмурилась, силясь осмыслить то, что увидела.
И действительно, из-за одного из тюков выглядывали самые обыкновенные ноги. Судя по тому, что они были одеты в брюки, — мужские. Ох, а какие модные штиблеты на них! Начищены так, что это заметно даже в сумраке подворотни.
Хм-м… Я озадаченно нахмурилась. Сколько я ни смотрела на ноги — они не двигались. По-моему, это не совсем хороший знак. Боюсь, их владелец может быть без сознания.
«Или вообще мертв», — мысленно добавила я.
Весь мой здравый смысл в этот момент возопил — убирайся отсюда! А вдруг я обнаружу труп? Самый такой настоящий и дурно пахнущий труп? Тогда придется обращаться в полицию. А там могут заподозрить, что я каким-либо образом причастна к преступлению… Хуже нет занятия, как оправдываться в том, чего на самом деле не совершала. Уж я-то об этом точно знаю.
В этот момент я заметила, как ноги дрогнули, видимо, их владелец пошевелился. С облегчением перевела дыхание, обнаружив, что все это время не дышала.
Я совсем было собралась развернуться и уйти, как до моего слуха донесся приглушенный, едва слышный стон. Так и застыла вполоборота. Что это? Мне послышалось?
Но нет, проклятые ноги, привлекшие к себе мое внимание, пошевелились вновь, и стон раздался опять, на сей раз громче.
Я даже попятилась, не отводя взгляда от несчастных конечностей. Ой, и что же делать? А вдруг это ловушка такая? Сейчас я брошусь на помощь неведомой жертве, а ко мне сзади подкрадутся и как по голове дадут! А потом…
И воображение мигом нарисовало мне, что можно сделать с беззащитной бесчувственной девушкой в темной подворотне.
