В глубоких улицах старого города дым без огня накрывало все вокруг, казалось, что каждый дом прячется за обёрткой тусклой завесы. Я вскрикнула и отстранилась — но было уже поздно. Мое скрипучее пальто не могло выдержать новое испытание, воткнувшись в грязь прямо как перчатка, покрытая мерзкими потеками. Ах ты... — пробормотала я, заметив что извозчик — мужичок средних лет с пропитанной внешностью — мне улыбнулся злорадно через плечо....
И я принялась осторожно ощупывать себя под одеялом. Тут же вспыхнула от смущения, осознав, что совершенно голая. Даже нижнего белья мне не оставили. Ох, насчет нижнего белья…
И я едва не застонала в голос, вспомнив о том, куда спрятала тонкую стопку ассигнаций. Неужели теперь к довершению всех своих бед я лишилась не только вещей, но и денег?
— Не беспокойтесь о своих сбережениях, — с чуть уловимой иронией проговорил лорд. — Служанка, которая раздевала вас, передала мне ваше имущество. И, смею вас уверить, у меня оно будет в полной сохранности.
Я опустила глаза, почувствовав, как невыносимо пылают мои щеки под насмешливым взглядом лорда. Н-да, не надо быть провидецей, чтобы понять, о чем он сейчас думает. Провинциальная дурында собралась покорить столицу, засунув в лифчик жалкие гроши. А я не сомневалась, что со стороны выглядела именно так.
— Простите, что пришлось приказать раздеть вас, — продолжил тем временем лорд Томас, мудро не заостряя внимания на том, где я хранила деньги.
И он скорчил презрительную физиономию, без лишних слов говорящую об его мнении на этот счет.
— Я, конечно, попросил Бесс почистить его, но, боюсь, легче будет выкинуть и купить новое, — проговорил он.
Я не удержалась и печально хмыкнула. Купить новое! Если бы это было так легко сделать! Увы, в моем положении каждый грош на счету. Я не могу позволить себе таких крупных незапланированных трат.
Видимо, выражение моего лица было достаточно красноречивым, поскольку лорд Томас осекся.
— О, простите, — пробормотал он. — Я не хотел вас обидеть.
— Все в порядке, — пожалуй, даже слишком грубо и резко отозвалась я. Усмехнулась. — Эту потерю я как-нибудь переживу.
Томас откинулся на спинку кресла, несколько раз ударил пальцами по своему колену, и я в очередной раз поразилась, насколько тонкими и длинными они у него были.
— Расскажите мне, что произошло в том проклятом переулке, — сказал он, и меньше всего это напоминало просьбу.
Я мысленно отметила, что спасенный мною, по всей видимости, часто приказывает. Хотя при его положении в обществе это нормально и обычно.
