Автор
Второй том трилогии об индийском кораблеводстве. В 1838 году шхуна «Ибис» везет заключенных и рабочих через Индийский океан во время урагана. Судьба пассажиров переплетается с историческими потрясениями эпохи опиумных войн. Роман о выживании, колониальном гнете и человеческой стойкости...
Раздел Chitat.online для книги «Дымная река» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Второй том трилогии об индийском кораблеводстве. В 1838 году шхуна «Ибис» везет заключенных и рабочих через Индийский океан во время урагана. Судьба пассажиров переплетается с историческими потрясениями эпохи опиумных войн. Роман о выживании, колониальном гнете и человеческой стойкости...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Второй том трилогии об индийском кораблеводстве. В 1838 году шхуна «Ибис» везет заключенных и рабочих через Индийский океан во время урагана. Судьба пассажиров переплетается с историческими потрясениями эпохи опиумных войн. Роман о выживании, колониальном гнете и человеческой стойкости...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Бахрам знавал времена, когда сей остров на Жемчужной реке был местом незабываемых трапез, совсем уж особенных, если хозяином вечера был известный гурман Панхиква."
"По обычаю, утром в день банкета пришел еще один красный конверт с напоминанием о мероприятии, и через несколько часов Бахрам в сопровождении фонарщика Апу направился к причалу «Очко». Там, как всегда, дюжины лодок ждали своей очереди освободиться от груза и пассажиров, которые гурьбой кидались к затоптанным ступеням лестницы.
Что здесь было хорошо, так это почти полное отсутствие праздных гуляк и побирушек в вечно спешащей толпе, и человек, располагавший временем, мог спокойно отойти в сторонку и понаблюдать за происходящим, не опасаясь докучливых приставаний. Так поступил и Бахрам, пока Апу договаривался с лодочником.
Взирая на царящую вокруг суету, он припомнил себя двадцатидвухлетнего и свою первую поездку на остров Хонам, когда, не стыдясь собственной изумленности, во все глаза разглядывал изящные беседки с резными грифонами, ступенчатые клумбы и декорированные пруды, ибо даже не представлял, что на свете существует такая красота. Он вспомнил, с какой жадностью набросился на угощение, плененный незнакомыми ароматами и непривычными вкусами, как голова его поплыла от глотка рисового вина. Все вокруг казалось сном наяву: неужели это он, бедняк из Навсари, очутился в райском саду? И сейчас он бы охотно отдал весь свой опыт, свое знание жизни, чтобы хоть на мгновенье вновь испытать то чувство, превосходившее даже его удивление всеми окружавшими диковинами — ту ошеломительную радость от того, что нищий парень из индийской деревни сумел пробить себе дорогу в чудесный китайский сад.
Из марева воспоминаний его вывел неприятно знакомый голос:
— Привет-привет, мистер Барри!
— А-а, Давай…
— Здравствуй! Куда путь держать? Хонам?
Встреча эта, вряд ли случайная, породила досаду и беспокойство. Видимо, кто-то уведомил проходимца о планах Бахрама, но вот кто именно, конечно, не выяснить.
— Да, Хонам, — сухо ответил Бахрам.
Лицо Давая расплылось в угодливой улыбке:
— Почему моя не сказать? Моя мочь отвезти Хонам. Мистер Барри знать, моя иметь хороший лодка? — Он махнул рукой: — Вона, смотри-гляди.
Бахрам посмотрел на причал и вздрогнул. Несмотря на значительную переделку, он тотчас узнал лодку-кухню, на которой погибла Чимей. Теперь судно было в яркой расцветке прогулочной лодки, но приметная корма в виде вскинутого рыбьего хвоста сохранилась. На окнах бывшей столовой появились аляповатые наличники, а домик, жилье хозяйки, превратился в украшенную беседку с балкончиком, на котором когда-то он сиживал вместе с Чимей. Только пару старых кресел сменила кушетка под колыхавшимся шелковым навесом.
