Низкая посадка и прямоугольная форма придавали лодке-кухне вид баржи; на обоих концах ее имелись надстройки, а в центре — длинный навес, под которым стоял обеденный стол с двумя лавками по бокам. Аша-диди была на корме, где гасила жаровни. Она как будто испугалась, увидев Нила, и поспешно подошла к нему, вот только вместо обычного приветствия прозвучал резкий, чуть ли не грубый вопрос:
— Экхани ки корчхен? Что вам здесь нужно?
Нил совершенно растерялся и промямлил:
— Я просто хотел поесть…
— Нет! — отрезала Аша-диди. — Вам сюда нельзя.
— Но почему?
— Городские власти велели нам закрыться.
— А в чем дело-то?
Аша-диди пожала плечами:"
"— Наверное, чтоб не было беспорядков.
— Каких беспорядков? — удивился Нил. — Сейчас я шел через майдан, там все спокойно.
— Вот как? — Аша-диди вскинула бровь и поджала накрашенные губы. — А на реку вы смотрели?
— Нет.
— Так гляньте. — Она потянула Нила за руку, развернув его лицом к реке.
Фарватер Жемчужной, обычно забитый судами, был пуст. Все шлюпки, кораклы и сампаны прижались к берегам, уступив дорогу двум канонерским лодкам, с двух сторон подплывавшим к Городу чужаков.
Канонерки, редко появлявшиеся в здешних водах, впечатляли бойницами и обилием вымпелов. Одна прошла совсем близко, и Нил разглядел изрядно военных на ее борту — не обычных солдат, какие слонялись по городу, но рослых маньчжурских гвардейцев.
— Что происходит? — спросил Нил.
Глянув по сторонам, Аша-диди знаком попросила его пригнуться.
— Я не уверена, — прошептала она, — но думаю, будет облава на одну факторию.
Нил вдруг встревожился.
— И вы знаете, на какую?
Аша-диди улыбнулась и потрепала его по руке:
— Это не ваша, успокойтесь. Та, что на окраине.
— Вы говорите о фактории Бухта?
— Да, — кивнула Аша-диди. — Эхо-Хон.
— То есть? — не понял Нил. — Вы так называете Бухту? Это одно и то же?
Аша-диди снова кивнула:
— Да. Эхо-Хон и Бухта — одно и то же.
С балкона Бахрам следил за разгрузкой лодки. Свои немногочисленные ящики он узнал по следам, оставленным штормом. Бахрам стал их считать и дошел до шести, когда его отвлекли удары гонга. Подняв взгляд, он увидел, что нечто большое вроде шлюпа тихо перегородило канал, закрыв выход к реке.
Теперь стало ясно, почему вдруг зазвонил гонг — он сопровождал высадку взвода маньчжурских гвардейцев: солдаты гуськом сбегали с судна и во дворе таможни строились в колонну. Вот командиры отдали приказ, и строй бегом двинулся к фактории.
Облава?! На мгновенье Бахрам окаменел, но потом все же сумел крикнуть:
— Иннес! Посмотрите туда!..
Из-под тюрбана струился пот, перехватывало дыхание, мысли путались, но одна была вполне четкой: прочь отсюда! Бахрам ощупал кушак, удостоверяясь, что кошель на месте, концом тюрбана прикрыл лицо и выскочил из квартиры.