Вот описание для сайта-библиотеки: в зеркальном отражении обыденности, где даже воскресные ужины кажутся противоестественними актами. Римма с ее бабийским костюмом и растрепанными волосами нарушает все нормы, но радости не знает она ни в чем, кроме своих странностей.
Ограбить женщину на улице — что может быть бездарнее? Ты давно была на рынке в выходной день? Видела, что там творится? Толпы народу, побирушки, охранники, инвалиды на колясках, ветераны, поющие хором, жареные куры, стельки для сапог и турецкое мыло вперемешку с китайской лапшой. Это ж сущий нэп! Неудивительно, что тебя треснули по голове кирпичом в надежде отобрать сотню деревянных. — Он сунул нос в записку, которую обнаружил в конверте, и воскликнул:
— Ого!
— Он там про меня что-нибудь пишет? — всполошилась Элла.
— Отнюдь. Я тебе, конечно, скажу, потому что ты лицо заинтересованное. Он пишет, кто у него на сегодняшний день главный подозреваемый.
— В убийстве Игоря?
— Ну да.
— И кто же? — напрягшись, спросила Элла. Она ожидала услышать все, что угодно, в том числе и имя собственной матери. Однако то, что услышала, заставило ее вытаращить глаза.
— Никита, — развел руками Шведов. — Наш Никита Шаталов."
"— Да это просто бред! — рассердилась Элла. — Какой Никита Шаталов? Откуда он взял Никиту? Что за дерьмо?
— Ты, Астапова, давай не ори, — сердито сказал Дима.
— Я не Астапова, а Лапсердакова! — рявкнула та.
— Гаптержакова! — Он тотчас оскорбился за сестру. — Не так уж трудно запомнить. А Никиту Жека не просто так подозревает, душа моя! Никита тут у нас такие номера откалывает, чисто Копперфильд. Это из-за него Катька Бурцева такая несчастная-несчастная.
— Подожди-подожди, Дим, — Элла сжала пальцами виски.
— Ну конечно! Много ты понимаешь! — противным голосом сказал Шведов. — Они прекрасно знали друг друга, у них было кое-что общее, и Никита уже никакой не толстяк.
— Так, — Элла выставила вперед указательный палец. — А теперь еще раз, но по порядку и в два раза медленнее. Пункт первый — они прекрасно знали друг друга.
— Не знаю, насколько прекрасно, — пошел на попятный Шведов, — но это не помешало им устроить прилюдную драку.
— Какую драку? — растерялась Элла.
— Что ты меня все время переспрашиваешь? Какую драку! Жестокую. Они дрались, как два Терминатора. Сам я не видел, правда, но мне рассказывали:
— А почему мне не рассказывали?
— Почему-почему? Потому что из-за тебя дрались!
— И эти из-за меня? — не поверила Элла.
