Вот описание для сайта-библиотеки: в зеркальном отражении обыденности, где даже воскресные ужины кажутся противоестественними актами. Римма с ее бабийским костюмом и растрепанными волосами нарушает все нормы, но радости не знает она ни в чем, кроме своих странностей.
Вспомнив, что проездной билет лежит у нее в кармане, врезалась в толпу, которая входила в стеклянные двери, и нырнула в метро. Урну она держала перед собой двумя руками. Потом перехватила ее в одну руку и, помахав проездным, ринулась в проход.
— Гражданка! Вы куда? — тотчас же подскочила к ней бдительная работница метрополитена. — Вы не можете пройти с урной в метро!
— Почему? — спросила Элла, кося глазом назад и радуясь, что ее никто не преследует. — Где написано, что пассажир не имеет права иметь при себе урну?
— Нигде не написано, но я вам говорю, что нельзя!
— Это вы сами только что придумали!
— обвинила ее Элла.
— В правилах не написали, потому что это никому в голову не пришло!
— Если правила писали люди, у которых не хватило мозгов вспомнить про урны, то это ваши проблемы, метрополитеновские, а не мои! Я пойду на прием в прокуратуру и докажу, что урна — все равно что другая ручная кладь!
— А что, что у вас в урне? — не желала сдаваться бдительная тетенька.
"— Прах, — гордо ответила Элла. — Моего прадедушки.
— Но урна слишком большая!
— Прадедушка тоже был не маленький! — важно возразила Элла. — Вы же его никогда не видели!
Из уважения к чужому праху тетенька уже готова была отступить, но не знала, как это сделать, не потеряв при этом профессионального достоинства.
— А почему прах вашего прадедушки так отвратительно пахнет?
— Он умер от отравления, — быстро сказала Элла. — Это ядовитые миазмы.
— Так вы бы прикрыли чем-нибудь свою урну!
— Когда спущусь на платформу, я ее шарфиком перевяжу! — пообещала Элла и гордо прошествовала к эскалатору.
Пассажиры косились на нее, а те, что ехали к выходу вверх, даже выворачивали головы, чтобы посмотреть на этакое диво подольше. Урна действительно отвратительно пахла, и Элла, дойдя до стены со скульптурной композицией, поставила ее на пол и сунула туда нос. Увидев нечто розовое, быстренько достала из кармана резиновую перчатку и, надев ее, извлекла это розовое нечто на свет божий.
Одним движением Элла разорвала бумагу, и на ладони у нее оказался ключ на плоском брелке-замочке. Ключ она опознала сразу — он был от ее собственной квартиры.
Элла бросила резиновые перчатки и конверт в урну, положила ключ в карман и поехала домой. Мысли кувыркались в ее голове, словно цирковые акробаты. У Бориса был ключ! Был.
