Вот описание для сайта-библиотеки: в зеркальном отражении обыденности, где даже воскресные ужины кажутся противоестественними актами. Римма с ее бабийским костюмом и растрепанными волосами нарушает все нормы, но радости не знает она ни в чем, кроме своих странностей.
— Убийцу искать!
— Ты сначала Элку найди! — с чувством ответил Борис и, снова перейдя на шепот, поинтересовался:
— А что эта твоя секретарша делает в ванной? Читает? Там так тихо, и вода не течет.
— Может, прыщи выдавливает, — предположил Овсянников, и Элла, скрюченная, как дворняжкин хвост, состроила рожу.
«Придется рискнуть, выйти и прошмыгнуть в комнату», — решила она. Благо, что когда сидишь в кухне за столом, коридора не видно. Она бесшумно отодвинула щеколду и сделала три осторожных шажка. В тот же миг табуретка отъехала в сторону и на кухне кто-то зашевелился.
— Элка тоже такие оладьи жарила — на кефире, — сообщил Борис. — Один в один. Она вообще хорошо готовит.
— В данной ситуации, Борь, ей это не поможет.
— Ума не приложу, куда она могла деться! — посетовал тот. — Сроду у нее не было таких друзей, которые могли бы ее спрятать так надолго. Кроме Лариски Трошиной, конечно. Но у Лариски ее точно нет.
— Найдем, — пообещал Овсянников. — Так что ты собираешься делать со следователями? — поинтересовался он с набитым ртом. Оладьи, должно быть, подходили к концу.
— Пока буду надеяться на их здравый смысл, — ответил Борис.
— Кстати, Борь, по моим данным, в вечер убийства у Астапова при себе был портфель с деньгами. А после убийства исчез. Ты ничего про это не знаешь?
— Нет, ничего. Может быть, милиция знает? Даже надеюсь, что знает.
— Почему же ты надеешься?
— Потому что из-за денег Элка бы никогда никого не убила.
— Не будь так уверен в женщинах! — посоветовал Овсянников. — Женщины, как кошки, мягкие только на ощупь. Их подлинная сущность — когти, зубы и инстинкты. Ради выживания женщина совершит любой поступок и при этом даже не будет считать его аморальным. Тебе еще кофе налить?
— Налей, только я на минутку в туалет зайду, — сказал Борис и уже через секунду дергал дверь в вышеназванное заведение. Дверь, естественно, не поддавалась.
— Там занято, — снова перешел он на шепот. — Наверное, твоя секретарша успела перебежать из ванной в уборную.
— Тогда потерпи, — предложил Овсянников. — Когда она выйдет, я тебя с ней познакомлю.
«Выходить ни за что нельзя, — поняла Элла. — Буду сидеть тут, пусть они про меня что хотят, то и думают».
— У нее, наверное, опять живот болит, — предположил Овсянников через некоторое время.
— Тогда я с ней в другой раз познакомлюсь, — решил Борис.
