— Спасибо, но поздно, — он зажал веки пальцами, из глаз снова выкатились слезы. — Мэтти, я знаю, ты там. Что мне пить?
— А что болит? — тут же прозвучал сухой вопрос.
Простой вопрос.
— Весь я, — Иэн рваным жестом отёр слёзы.
— Неинформативно.
Сраный доктор Ройс. Иэн закатил глаза и издал тяжелый вздох.
— Голова, нос, горло до самого кадыка, — он снова поменял положение лба на шкафу. — Меня трясёт, ноги ватные, суставы ломит…
— Сильно тебя скрутило от простого снега, — перебил Мэтт.
— Я был без шапки.
— Всё равно сильно.
Ну ладно. Время признаний.
— И в расстёгнутой куртке, — Иэн снова посмотрел на экран смартфона. Будто на собеседника. — Бегал. Не спрашивай.
— А мне можно спросить? — вклинилась Рита.
Женщины…
— Нет.
— Пф-ф, — а сейчас Мэтт наверняка забросил руку за голову и прочесал пальцами стриженный затылок. — Поищи спрей для горла и пастилки. Если есть жар — а наверняка есть — прими парацетамол и ложись. Много пей. Больше ничем помочь не могу.
Прописные истины — лечение от Мэттью Ройса. Иэн оторвался, наконец, от шкафа и запустил руки в коробку с лекарствами."
"— Хреновая из тебя сиделка была.
Средство для желудка, от ссадин, для суставов, спазмолитик…
— Иди спать, — сухо бросил Мэтт.
— Как скажешь, — Иэн вырвал руку из коробки и потянулся к мобильнику, чтобы сбросить вызов.
— Иэн! Стой! — вдруг снова влезла Рита.
Не договорила?
— Ну что? — он снова покосился в коробку.
От горла будто бы и нет ничего…
— Она хоть красивая? — голос Риты сделался заинтересованным.
Иэн замер. Знали бы они, кого обсуждают, оборжались бы. В воображении предстал образ маленькой девочки, облепленной снегом.
— Она прелесть, — выронил он.
Губы при этом сами начали растягиваться в улыбке.
— Брюнетка? Блондинка? — выстрелила подружка Мэтта.
— Рыжая.
— Что, опять?!
Это смешно. Очень-очень смешно.
— Ой всё, — Иэн хрипло хохотнул, всё-таки вдавил палец в экран и вызов оборвался.
Он снова вздохнул и принялся дальше ковыряться в ящике. Судьба и обстоятельства иногда выстраиваются очень забавно. Если бы только Мэтт и его девушка знали, во что превратилась его жизнь! Лучше им не знать. Никакого сарказма не хватит, чтобы отбиться от их шпилек. От шпилек Риты точно: с ней бывает сложно соревноваться даже такой прожженной сволочи, как…
— Никто никогда вслух не называл мою дочь прелестью, — прозвучал тихий мягкий голос за спиной.
По телу прошла крупная дрожь.
Да мать твою!
Собирался же остаться незамеченным! Иэн попытался оттолкнуть от себя коробку, но отъезжать ей было некуда. Тогда он крутанулся к двери в бар, прикрыв контейнер собой. От резкого движения его повело, перед глазами запрыгали цветные пятна, но на ногах он удержался. Зайка стояла в дверях. Это уже становится нормой.