Автор
Позавчера. В салон автомобиля ворвался скреж звук клаксона, как мелкая буянина в доме усатого дедушки на соседней полосе дороги. Улыбнулся Иэн, когда дед начал опускать стёклышко машины — явно пришло время высказать своё мнение. Но он не дал предательского выдоха подвести его: "Себе побибикай!" и втопил газ. Эта история о том, как два ненавистника нашли общий язык через резвые маневры и взаимные упрёки в салоне — место, где даже скреж звука не может быть лишним....
Всё внутри завибрировало, откликаясь. Если она и дальше будет так дышать с его именем на губах…
— Иэн, нужно идти, — уже увереннее проговорила Джемма.
Ч-ч-чёрт.
Чёрт, чёрт, чёрт.
Вот так выглядит разочарование.
Иэн оборвал поцелуи. Уронив голову, ткнулся лбом в белое плечо. Тело начало мелко трясти, из лёгких вырвался тяжелый вздох. Долбаный отель. Долбаный дом, который никогда не был домом по-настоящему.
— Отпустишь меня? — тихий шепот согрел кожу шеи.
Ни шанса на то, что одумается.
Он в последний раз целомудренно чмокнул гладкое плечико, отстранился и поднял руки с раскрытыми ладонями.
За стеной включился чайник, хлопнула дверца шкафа и зашелестела бумага. Зайка быстро взяла себя в руки, явно быстрее его. Женщины вообще хорошо это умеют. В одну секунду могут превращаться из расплавленного металла в твёрдую статую.
Лава внутри начала опадать. Иэн еще раз глубоко вдохнул, шумно выдохнул и оторвался от стены. Сделал шаг к дверному проёму, остановился и привалился плечом к откосу. Джемма летала по кухне, что-то насыпала в жестяные банки, убирала пакеты в шкафы, накрывала банки крышками. Вытянулась, схватила с верхней полки мешок с кофе, и её толстовка послушно задралась, оголяя плоский живот и выступающие чёткие ребра. Руки снова заныли от желания пройти по ним пальцами, и Иэн скрестил их на груди.
Если бы в доме никого не было, кроме них двоих, эта кухня уже заполнилась бы горячими стонами. А так…
— Не понимаю, как можно жить здесь круглый год, — выронил Иэн.
Голос прозвучал по-прежнему хрипло и надломленно. Он быстро откашлялся, прочищая горло.
— Ты жил здесь двадцать лет, — Джемма всыпала зёрна в кофемашину, стрельнув в него взглядом.
Ну да. Жил. Очень давно.
— И страдал, потому что здесь было невозможно остаться одному.
Зайка пожала плечами.
— Это неприятно, но не критично, — она вставила кружку и нажала на кнопку запуска кофемашины.
Кому как."
"— Я слишком ценю личное пространство, — Иэн тихо хмыкнул. — Мне всегда хотелось выгнать всех отсюда. Пройти в трусах от ванной к спальне было праздником, и это при том, что гостиница не пользовалась спросом, — он отошел от откоса, сделал шаг по кухне и прижался спиной к высокому шкафу-пеналу.
