Автор
Позавчера. В салон автомобиля ворвался скреж звук клаксона, как мелкая буянина в доме усатого дедушки на соседней полосе дороги. Улыбнулся Иэн, когда дед начал опускать стёклышко машины — явно пришло время высказать своё мнение. Но он не дал предательского выдоха подвести его: "Себе побибикай!" и втопил газ. Эта история о том, как два ненавистника нашли общий язык через резвые маневры и взаимные упрёки в салоне — место, где даже скреж звука не может быть лишним....
Джемма стояла на середине пролёта, одетая в свой тёплый костюм, цвет её кожи сравнялся с цветом побелки на потолке, губы приоткрылись от удивления. Она вцепилась пальцами в перила и будто вросла в ступеньку. Всё внутри рухнуло куда-то вниз. Иэн облизнул губы и уставился в белое ошарашенное лицо. Это не видение, не призрак — настоящая, живая Зайка. Совсем рядом.
Как же он соскучился! Все внутренности сжались в тугую пружину, ладони закололо от желания прикоснуться.
— Привет… — это всё, что он смог выдавить.
Ответа не последовало. Джемма закрыла рот и открыла снова, но не издала ни звука. Его появление настолько ужасное событие? Прямо настолько? Иэн сунул руки в карманы куртки и снова облизнул губы. А может, она там всё-таки не одна?
— Как дела?
— Откуда ты взялся?
Вопросы прозвучали одновременно. Сложно сказать, какой из них уместнее. Иэн пожал плечами и откашлялся.
— Приехал. Только что.
— Из Лондона? — глаза Джеммы округлились.
— Ну да. Я… вроде как соскучился…
Она еще сильнее сжала пальцы на перилах и, наконец, сделала шаг вниз, остановилась.
— Слушай, я без тебя не могу, — выпалил он.
И мёртвая тишина поглотила холл. Джемма ошарашенно моргнула. Иэн опустил голову и уставился под ноги. Смотреть в это удивлённое лицо стало слишком сложно.
— Я пытался не думать о тебе… но как-то не вышло, — он шаркнул ногой по полу. — Работал, как проклятый, спал мало, надеялся, что за неделю всё забудется. А прошло две, и ничего не забывается, — он вяло пожал плечами. — Ты… вроде бы знаешь, каково это…
— Не может быть… — прошелестел почти неслышный выдох.
— Да нет, может.
— Иэн…
Он вскинул голову и заглянул в серые глаза.
— Я люблю тебя, вот и всё. Наверное, надо было придумать что-то пооригинальнее…
— Иэн…
— Купить цветы, написать стихи, побриться хотя бы.
— Иэн, остановись!
Чёрт! Горечь обожгла язык.
— Нет, послушай… — он подступил ближе.
— …Я беременна, Ройс.
В ушах зазвенело, как от удара в голову. В мозгу поплыл туман, лицо наверняка озадаченно вытянулось.
Какого…?
— Чт… — собственный голос охрип и сорвался.
Над головой будто схлопнулся стеклянный купол. Ни звука.
