Мы сидели лицами друг к другу, одна из многочисленных групп. Обжигающие порывы ветра лизали тело.
– Как ты? – спросила Катти.
Я пытался не смотреть на нее. Нет, не помогла до конца эта врачебная процедура. Меня смущает собственная нагота, а еще более – ее…
– Интересно, – уклончиво ответил я.
– Отдыхай, – посоветовала Катти. – Расслабься-бди и отдыхай…
Закрыв глаза, я подчинился.
В общем-то было здорово. Тело негодовало, попав в эту исполинскую печь, однако жар почему-то становился все приятнее. Я вспотел, но горячий воздух мгновенно высушил влагу. Песок медленно тек под порывами ветра, засыпая ноги, прожаривая кожу.
Хорошо…
– Никки!
Я открыл глаза – Катти и Таг уже поднялись.
– Идем, – сказал Таг. – Пора менять температурный режим.
Огибая песчаные холмики, на которых потели и сохли обнаженные тела, мы пошли в противоположный конец зала. Там оказался маленький водоем – стекающая по стене вода собиралась озерцом и вытекала сквозь арку в стене.
– Ого-го! – закричал Таг, разбегаясь. Прыгнул, с головой погрузившись в озерцо. Мы последовали за ним. Вода обожгла, она была ледяная, словно и не текла по раскаленным стенам. Я вынырнул, жадно глотая воздух. Таг уже направлялся к арке, полностью отдавшись на волю течения."
"– За ним… – Катти вынырнула из воды рядом со мной. Мы почти соприкасались телами. – Никки!
– Плыву, – согласился я.
Поток мчался по туннелю. Стены, вначале сложенные из камня, внезапно стали прозрачными. Теперь мы плыли по стеклянной трубе, идущей над тропинками. Под нами шли люди… кажется, нас они не видели, прозрачность была односторонней.
– Контрастные тепловые процедуры благотворно влияют на организм! – донесся до меня голос Катти, плывущей следом.
Ну неужели она не может сказать просто «здорово»?
Течение ослабло, и нас вынесло в новый зал. Я поднырнул под нависающий свод туннеля и оказался в новом водоеме.
Ого!
Вода и здесь была холодная. Зато ветер…
Ураганный зал? Видимо!
Пол был каменный, но кое-где выложенный деревянными брусками. Очень предусмотрительно, потому что подошвы обожгло с первого же шага. Порывы ветра заставляли жмуриться и пригибаться.
Песка здесь, конечно, не было. Его смело бы к стенам за одну минуту. Вместо песчаных холмиков зал был утыкан каменными глыбами с деревянными площадками наверху. Мы торопливо поднялись на ближайший свободный камень, скорчились на помосте.
– Долго здесь нельзя! – крикнул мне Таг. – Три минуты, максимум – пять!
– Я рад! – отозвался я, перекрывая шум ветра. Мне казалось, что из тела буквально высасывает воду. Два произнесенных слова заставили пересохнуть рот, и я принялся глотать, выжимая слюну.
– Кто-то из поэтов сравнил полный цикл банных процедур с процессом развития человечества! – сказала Катти.